Карабах – горы зовут нас

Услышав ответ на родном языке, мальчишка подбежал, опустился на колени и спросил:

– Что с вами? Кто вас так?

По щекам солдата стекали крупные капли пота, он хватал ртом воздух, стараясь вздохнуть

– Позови, кого– нибудь из взрослых, – хриплым голосом попросил он. Видишь, командир мой умирает. Только быстро.

Юноша стремглав побежал к дому, влетел в комнату и тотчас вернулся. За ним выбежали человек пять, и бросились к раненым. Паренек прибежав первым на ходу скинул с себя тулуп и протянул его Тельману.

– Возьми и укрой его.

Подбежали деревенские жители, среди которых выделялся один с большой, как совковая лопата, бородой.

– Берите осторожно, – скомандовал бородатый мужик и первым взялся за ручки самодельных носилок. Мужчины подхватили раненого, а паренек взял под руки Тельмана. Все пошли к дому. Полковника несли осторожно, стараясь не беспокоить. Внесли в дом, и положили на пол. Тельман опустился возле дверей и закрыл глаза.

Бородатый подошел к солдату, тронув за плечо, спросил:

– Откуда вы и как сюда попали?

Тельман открыл глаза и сквозь покусанные, распухшие губы тихо прошептал:

– Срочно сообщите в Баку.

Услышав имя полковника, все засуетились, зашумели. Весть о том, что вчера пропал «Сорвиголова», так называли его приехавшие из Физули военные, мигом облетела всю окрестность. В течение дня в деревню Городиз, куда пришли раненые, дважды приезжали из штаба местной бригады и интересуясь, не приезжал ли полковник, который выехал из Джебраила еще утром.

Пока мужики рассказывали последние новости, паренек принес чаю и протянул стакан Тельману. Однако тот не смог поднять руки и обессиленный повалился на бок. Его подхватили, стали стягивать с него мокрую одежду и ботинки. Кто-то принес сухую рубашку и штаны. Тельмана уложили на кровать, укрыли теплым одеялом.

– Мужики, командира надо доставить в Баку. Нужен вертолет, он много крови потерял. Осторожно с головой, она изранена осколками, – он хотел еще что-то сказать, но не смог. Силы покинули его, бессонница, усталость последних дней навалились разом, а тепло комнаты разморило, и он не заметил, как на полуслове, погрузился в сон. Все притихли, стараясь не тревожить раненых.