Карабах – горы зовут нас

Затем, вытер руки об бушлат и достал сигарету.

Молча прикурил. Сделал несколько глубоких затяжек.

– Надо пойти и принести еще одного нашего брата, он лежит за увалом, – шепотом сказал полковник, ни к кому не обращаясь.

Услышав приказ, двое солдат молча, поднялись и пошли туда, куда он им указал.

– Азай надо ребят похоронить, так что ты тут командуй, прошу тебя.

Услышав свое имя, тот вздрогнул, но смолчал. Подошли Босс и Тябрик, будто чувствовали, что сейчас его нельзя оставлять одного, присели рядом.

Ночь опустилась на ущелье, окутала горы и затянула их траурной вуалью. Вспыхнули и замигали равнодушные звезды. Завыл в распадке шакал, отправляясь на охоту. На небо из-за горы выплыл остренький молодой месяц, удивившись широте мира, который открылся ему с высоты, застыл на месте, потеснив соседние звезды. Света он не прибавил, но украсил горный пейзаж. С высоты небосвода он стал наблюдать за траурной церемонией похорон.

Когда по левую руку осталась округлая вершина горы Сары-баба, отряд полковника, похоронив своих ребят, стал спускаться вниз к дороге, по которой шли нагруженные машины из дальних селений Лачинского района.

Ландшафт несколько изменился. Отдельные вершины обрывались неожиданными пропастями, начались рваные скалистые ущелья. Лес в этом районе словно подвергся насильственной экзекуции, стоял криво и косо, заваленный буреломом, камнями, упавшими ветками, оброс зеленым мхом – в общем, какой-то темный и злой с виду.

Чаще завыли шакалы, которым вечно не везет, от чего они пребывают в дурном расположении духа.

Полковнику вдруг захотелось выть, как одинокому волку в лесу и пожаловаться молодому месяцу на свою тяжкую долю, он уже запрокинул голову, едва сдерживая рвущуюся наружу смертельную тоску, как услышал жалобный плач, откуда та из глубины ущелья. Ему показалось, что плачет ребенок, каким то тихим просящим голосом. Он рванулся всем корпусом вперед, но чьи то руки схватили его и прижали к земле.

Он метался из стороны в сторону, пытаясь вырваться из этого плена. Вдруг очнулся и открыл глаза.

Над ним склонилось несколько врачей в белых халатах. Молоденькая медсестра плакала. Ее тихий голосок напоминал ему голосок «ангелочка.

– Все хорошо, брат, всхлипывая, говорила она, – просто я очень испугалась за вас. Вы так кричали, что все кругом сбежались. Вот и доктор. Все будет хорошо. Над полковником склонился врач в больших роговых очках.