Карабах – горы зовут нас

Отчаявшись и придя на телевизионную студию, он в прямом эфире обратился ко всем, кто его слушал с просьбой прийти на помощь. Так и не дождавшись ее, он вынужден был покинуть горящий город, когда защитников осталось всего 32 бойца. Это было тогда, а теперь их уже 24 человека, после гибели Вугара и солдата из отряда Босса, и того меньше.

Полковник посмотрел на Азая, давая понять ему, чтобы тот, как можно спокойно рассказал этой женщине, о сложившемся положении. А сам, поблагодарив за хлеб и угощения хозяйку, забросил свой рюкзак за спину, открыл ворота и вышел со двора.

Проходя по улице, было видно, как во всех дворах суетится народ, собираясь в дорогу. Местный пастух сгонял в стадо оставшуюся скотину, вывести из деревни. По улицам бегал, суетился народ. Полковник направился к зданию сельсовета. Возле управления уже собралось почти все мужское население деревни, и шумно обсуждали сложившуюся обстановку. Тут же был и весь его отряд.

Увидев своего командира, бойцы в спешке побросали недокуренные сигареты и стали строиться по группам. Вперед вышел старший лейтенант Низами Алиев. Подав команду «смирно» он приблизился к полковнику.

– Группы для выполнения задания готовы! – коротко доложил он и, сделав шаг в сторону, пропустил полковника вперед. Подойдя к строю, он внимательно стал всматриваться в лица своих боевых товарищей. Раненные солдаты были перевязаны свежими бинтами, это постарался местный фельдшер. Повязки сверкали белизной на фоне грязного и поношенного обмундирования бойцов.

Подав команду «вольно», он подозвал командиров групп. Подошли Низами, Тябрик и Босс, левая рука которого лежала на косынке, перекинутой через его могучую шею.

– Как ты? – спросил полковник, у Босса? Бледное лицо его указывало на то, что он потерял много крови, но усилием воли держался и старался скрыть свое состояние.

– Голова кружится, – не стал он хорохориться, – и немного тошнит. Врач говорит, что пуля прошла на вылет, не задев кость, так что воевать, еще могу, командир.

– Спасибо тебе солдат, ты дал нам всем возможность прорваться, когда увел засаду от группы. За мужество твое не пожалею никакой награды, – помолчал, глядя в глаза солдату и добавил, – если останемся живыми. Он обнял его и крепко поцеловал в небритую щеку.

– А теперь доложите, что сделано. Начнем с тебя Низами.

– Всех солдат покормили.