Карабах – горы зовут нас

Давай, мужики, собираться пора уже – сказал «Орел», обращаясь к «Цыгану» и «Твердому».

Ребята засуетились. Надели кто пальто, кто тулуп из овчины, ботинки, натянули до самых бровей кроличьи шапки и выскользнули на улицу. Там по улицам носилась и выла казахстанская степная метель, будто болело у нее что-то, и она не могла успокоиться, прилечь и отдохнуть. Вой метели напоминал песни, что пели местные акыны, народные барды. Акыны своими нудными песнями, кроме грусти и тоски ничего не наводили, как и метели в долгие зимние вечера.

Казахстанские степи – бескрайние просторы, раскинутые на сотни километров без единого деревца и строения. Зимой – метели да вьюги, а летом – удушающая пыль. Куда не кинешь взгляд, кругом только колыхание седой ковыли и носящиеся кустарник катима.

Только дважды в году степная красота могла поспорить с красотами других земных мест, – весной и в период созревания пшеницы.

В начале мая степь обильно покрывается буйными травами.

Весной степь напоминает большой изумительной красоты персидский ковер, сотканный из тысячи разных цветов и красок. Легкий степной ветерок колышет этот ковер, будто подметает его. Стряхивает с него пылинки, перебирает каждую ниточку, ворсинку, влюблено лаская.

В первые месяцы лета, над степью стоит чарующий запах хлеба. Золотистые колоски пшеницы колышутся на легком ветру, превращая степь – в бескрайний земной «океан», по которому плывут комбайны – «корабли» степей, подбирая дары природы. Тысячи птиц кружатся над степью, соревнуясь в исполнении своих чарующих песен. Трели жаворонков, свист щеглов переплетаются с мелодичными звуками степных сусликов, подбадривающих друг друга, собирая колоски, тревожно озираются в небо, где кружит над полями хозяин просторов– степной орел.

С наступление осени вся красота исчезает. Северные холода затвердевают землю, начинают дуть сильные ветры, которые под корень обламывают кусты катима, рогача и гонят их по степи, перекатывая с места на место. Эти сухие кусты, народ называет «перекати поле». Зима подгоняет осень и уже к концу ноября степь умолкает, будто застывает до следующей весны.