Аврелия

Симон пользовался в Риме удивительным влиянием. Сенат унизился до того, что разрешил воздвигнуть на одном островке Тибра статую со следующей надписью: «Симону, святому богу».[7 - Необходимо, однако, заметить, что эта надпись: «Saimoni Deo sancto» толкуется и в другом, более вероятном смысле: полагают, что Saimon, Сэмон, – имя сабинского божества.] Шумные рукоплескания раздались по всему амфитеатру, когда на сцене появился человек, который должен был подняться до облаков.

Присутствующие здесь апостолы Петр и Павел молили Бога, чтобы Он не допустил восторжествовать духу лжи над духом истины и чтобы этот осквернитель святыни, враг Бога живого, не предстал перед народом с силой и могуществом, равными силе посланников Божьих.

По данному императором сигналу Симон поднялся на воздух.

Утверждают, что он несколько времени продержался на воздухе, летая над амфитеатром.

Но вдруг он стремглав полетел на землю, пораженный десницей Божьей. Когда его подняли, он не владел ногами и был вес в крови.

Симон, подавленный стыдом и отчаянием, не пожелал пережить свой позор. Из ложи, куда его перенесли, он бросился вниз и здесь нашел себе смерть, разбившись от падения.

Нерон, казалось, был не особенно доволен такой печальной развязкой.

Симон быль принят им ко двору и пользовался его благосклонностью. Весьма возможно, что благодаря этому обстоятельству он затаил в себе чувство мести к обоим апостолам.

Апостолы Петр и Павел вернулись к своим апостольским трудам. Они по-прежнему жили трудами своих рук, окруженные заботами святых женщин, дававшим удивительные примеры благотворительности, христианского нестяжания, евангельской чистоты и других добродетелей.

Некоторые из этих святых жен никогда не покидали Матерь Божью. Вместе со святым апостолом Иоанном они сопровождали Ее в Эфес, где и оставались с Ней до блаженного Ее успения.

Апостольская проповедь не оставалась без успеха. Число верующих ежедневно увеличивалось присоединением новых последователей самого разнообразного общественного положения, возрастов и полов. Такое успешное распространение нового учения начинало уже сильно беспокоить приверженцев древних суеверий.