Тайны Звенящих холмов

– Так ты что, Эйнар, предлагаешь всё бросить тут? – Приподнявшись на локте, Вишена вытащил из-за пояса короткий кривой нож и принялся хмуро осматривать его рукоятку в виде головы чёрта, вырезанную искусным мастером из моржовой кости. – Для того ли мы бились со своими бывшими соратниками и убили троих, а потом три недели шли по болотам и чащобам? Ты видишь этот нож, Эйнар? Это нож Гуттбранна, с которым мы были почти братьями. Мы защищали друг друга в бою и делили пищу. А потом Гуттбранн всадил этот клинок мне в спину.

Рубец под правой лопаткой ещё не зажил.

– Опять говоришь, как сагу слагаешь. В твоей голове всё перепуталось. Бросать золото не нужно. Его нужно спрятать. Закопаем, заметим место, а когда в Страйборге всё уляжется, вернёмся туда, возьмем людей Гердрика и выкопаем.

– Так не получится. Если мы вернёмся в Страйборг с пустыми руками, нас назовут ворами. Нам никто не поверит.

– Пусть только попробуют. Я им всем руки поотрубаю. – Эйнар блеснул глазами, потряс большим кулаком. – Тогда подумай, что мы скажем Ятвяге, когда приедем в Полоцк.

Мы, мол, Эйнар Рось и Вишена Стреблянин, хотим вступить в твою дружину и быть твоей рукой и мечом, мы – это всё, что осталось от дружины славного конунга Гердрика из Страйборга, убитого своим братом Эддли. С нами его военная добыча из последних походов на бриттов, которую мы поклялись перед смертью конунга передать его дочерям, Хельге и Тюре. Пусть оно, о славный король Ятвяга, пока полежит в твоей клети, а через лето мы доставим золото обратно в Страйборг. Так, Вишена?

– Да, ты прав… Прав, – тяжко вздохнул Вишена. – В первом же бою люди Ятвяги всадят нам в спины по стреле, и тогда золото будет по праву принадлежать ему и его дружине. Нельзя к нему идти с золотом.

– Понял, да? И в Страйборг вернуться нельзя, пока правит Эддли. И нужно время, чтобы старый Олаф установил там порядок и мир. – Эйнар наклонился к одному из мешков, с помощью зубов развязал тугой узел на горловине и извлёк золотое блюдо с тонкой резьбой на кайме.

Залюбовался.

Нехотя положил на траву.

Затем поочерёдно начал извлекать из мешка блюда, чаши, связки колец и браслетов. Пригоршни блях, гребней, заколок, россыпи серёг, монет, слитков, мотки золотой проволоки, горсти жемчуга, рубинов, изумрудов, коробочки молотого перца и гвоздики были разложены на траве и играли солнечными бликами.

Содержимое второго мешка было почти таким же.

Груда золота мерцала, будто настоящий тлеющий жёлтый огонь.

– Богатство.