Дьявол против кардинала

Другой, худощавый, невысокого роста, держался спокойно, всем своим видом выражая готовность идти до конца.

При звуке выстрелов юноша вздрогнул, словно очнувшись от забытья, оглянулся на двух своих товарищей, затем прижался лбом к стеклу, пытаясь разглядеть, что творится во дворе.

– Что там происходит? Н-ничего н-нельзя понять, – с досадой сказал он, слегка заикаясь.

За дверью послышались поспешные шаги, постучали. Юноша кивнул, и стоявший у косяка гвардеец открыл дверь. Показался перепуганный лакей:

– Ваше величество, маршал д’Анкр идет сюда! Его люди тоже, по главной лестнице!

– Ну что ж! – Король воспринял новость спокойно.

 – Деклюзо, принеси-ка мне подарок Витри!

Гвардеец поклонился и пошел в оружейную за карабином. Людовик стремительным шагом направился в прихожую, на ходу вынимая из ножен шпагу, но по лестнице ему навстречу уже бежал сияющий д’Орнано, полковник корсиканцев:

– Сир, готово! – воскликнул он и только тут поспешно сорвал с себя шляпу. Король остановился, взглянул на него в нерешительности, но тут по лестнице затопали сапоги, и запыхавшийся гвардеец возвестил:

– Ваше величество, Кончини убит!

Внизу уже гудела толпа, во двор высыпала охрана, а также рота швейцарцев.

– Что случилось? Кто стрелял? В короля стреляли? Да нет, Кончини убит!

Людовик шагнул к высокому окну, резким движением распахнул его и вскочил на подоконник. Сзади его поддерживали д’Орнано и подоспевший де Люинь – тот самый статный красавец, на щеки которого теперь вернулся румянец.

При появлении короля толпа солдат, сгрудившаяся в узком дворе перед дворцом, взорвалась приветственными криками, в воздух полетели шляпы, множество рук восторженно размахивали клинками, вспыхивавшими на солнце. Сквозь этот гвалт едва пробивался срывающийся голос венценосного мальчика: «Спасибо, спасибо вам! С этого часа я – король!»

Лувр напоминал растревоженный улей. По коридорам куда-то бежали солдаты, слуги, кутерьма поднялась необыкновенная.

Королева-мать сидела за туалетным столиком и расчесывала волосы.

Она была в ночной сорочке, неприбранная, отчего казалась еще более грузной и оплывшей. В спальню влетела горничная Катрин и крикнула с порога:

– Ваше величество, Кончини убит!

– Как? Что? – Королева вскочила с кресла и пошла было куда-то, но вдруг остановилась как вкопанная. – Так вот что значили эти советы! – произнесла она так, словно ее настигло озарение.

Катрин подошла к окну и отворила одну створку.