Нью-Йорк

 – Меня даже не было в той части города…

– А когда это случилось? – осведомился незнакомец.

– Минут десять назад, да, Джек? – сказал Герман.

– По ниггеру тюрьма плачет, – ответил Джек.

– Не по этому, – хладнокровно произнес незнакомец. – Потому что я только пять минут как отправил его с поручением, а до того он был со мной. – Он посмотрел Гудзону в глаза и вновь повернулся к дозорным. – Меня зовут Джон Мастер. Дирк Мастер – мой отец. А этот раб принадлежит мне.

– Да неужели? – подозрительно спросил Джек.

Но Герман был готов уступить.

– Тогда все ясно, – сказал он. – По-моему, тот и выглядел-то иначе.

– Вот же черт! – ругнулся Джек.

Незнакомец дождался, пока дозорные не скроются за углом, и заговорил:

– Ты ведь не поджигал?

– Нет, сэр, – сказал Гудзон.

– Потому что если поджигал, то у меня неприятности. Ты чей?

– Ничей, сэр. Я вольный.

– Вот как? Где ты живешь?

– У моего деда была таверна на берегу, но он умер. Его звали Гудзон.

– Знаю. Выпивал там.

– Не припомню вас, сэр.

– Заглянул всего раз или два. Но я побывал во всех тавернах. В большинстве напился. Как тебя звать?

– Тоже Гудзон, сэр.

– Гм… Так где же ты сейчас проживаешь?

– Пока нигде. Я был в плавании.

– Гм… – Спаситель смерил его взглядом. – Сбежал с корабля? – (Гудзон промолчал.) – Сегодня в доках бушевал пьяный капитан, все искал мальчишку-негра, который удрал с борта. Не сказать чтобы он мне понравился. Надирался и на борту, как я понимаю.

Гудзон подумал.

– Он дважды чуть не утопил корабль, – признался он.

– Что ж, лучше тебе какое-то время побыть при мне, – заявил Джон Мастер. – Будешь изображать раба, пока не подвернется что-нибудь поприятнее.

– Я вольный, сэр, – напомнил ему Гудзон.

– Ты идешь со мной или нет? – спросил благодетель.

И Гудзон, осознав, что податься ему некуда, принял предложение. По крайней мере, на какое-то время он окажется в безопасности.

Мерси Брюстер была немало удивлена, когда Джон пришел с новым рабом.

– Мне кажется, он говорит правду, – сказал Джон, когда Гудзон ушел и уже не мог слышать. – Если нет, то я страшно ошибся. – Он улыбнулся. – Боюсь, мне пришлось солгать, Мерси. Ты этого не одобришь.

– Но ты же солгал, чтобы спасти его от незаслуженного ареста. Может быть, даже жизнь ему спас.

– Наверное, так.