Ирландия

После этого Фергус должен был отдохнуть. А Дейрдре, не зная, радоваться ей или нет, думала только об одном. Да, Ронан достойно уступил дорогу Морне, вот только сдержит ли он свое слово?

На следующий день к рату подъехала колесница. Ее несла пара превосходных лошадей, да и сама колесница поражала роскошью. Морна и его дяди были на дальнем пастбище. Фергус, чувствуя слабость после событий предыдущего дня, отдыхал в доме. А вот Дейрдре – она как раз сидела во дворе и чинила рубашку – с любопытством наблюдала за ее приближением.

– Да, но Фергус нездоров. Зачем он тебе?

– Думаю, тебя это не касается. – Молодой воин явно принял ее за служанку. – Мне нужен Морна сын Конала.

– Морна?

Она сразу почуяла недоброе, а пока думала, что ответить, из дома донесся тихий голос отца:

– Кто это, Дейрдре?

– Просто путник, отец, – откликнулась она.

– Пригласи его в дом, – чуть слышно потребовал вождь и тут же закашлялся.

Слышно было, как Фергус тяжело дышит, и это помогло Дейрдре решительно ответить молодому человеку:

– Я Дейрдре дочь Фергуса. Как ты сам слышишь, мой отец очень болен. Вообще-то, – она понизила голос, – едва ли ему осталось долго жить. Так что можешь передать свое послание мне.

Воин слегка растерялся, но спорить не стал:

– Послание от верховного короля, я лишь доставляю его. Скоро в Таре состоится коронация, и король приглашает твоего сына Морну поучаствовать.

– В Таре? – Дейрдре с испугом посмотрела на молодого вельможу. – Но почему туда должен ехать Морна, а не Фергус?

Тут уж удивился посланец:

– Странно было бы, если бы он не приехал, ведь он двоюродный брат верховного короля.

Коронация верховного короля, на которой тот должен был спариться с белой кобылицей, могла состояться не раньше Самайна. Значит, время еще есть, сказала себе Дейрдре. Но с чего вдруг новый король проявил столь внезапный интерес к Морне? Был ли это жест доброй воли по отношению к родственнику, которого не замечал прежний король? Или за этим крылся некий умысел? Знать этого Дейрдре не могла.

И она почти удивилась, услышав собственный спокойный голос.

– Какие прекрасные вести, – сказала она и добавила, одарив воина улыбкой: – Мой сын будет польщен. Мы все польщены. Вот только, к сожалению, есть одно препятствие.