Тайны Французской империи

Во времена любвеобильных предков короля характерный нос Бурбонов украшал детей многих фрейлин. В Версале даже ходила милая поговорка: «Бог простит, свет забудет, но нос останется».

Королевский нос тотчас узнал молодой человек, помощник почтмейстера по имени Друэ. Он радостно воскликнул: «Ба! Та же физиономия смотрит с ассигнации в пятьдесят ливров».

Карета двинулась в Варенн – город на границе, а удалой Друэ вскочил на коня и поскакал следом…

История в очередной раз улыбнулась. В Варенне семья планировала добраться до гостиницы «Великий монарх».

Там их должны были ждать гусары Буайе… Гостиница находилась на том берегу.

Но до «Великого монарха» Людовик Шестнадцатый никогда не доедет. Обогнавший их Друэ сделал свое дело. Мост через реку, по которому должна была проследовать карета, перегородили перевернутыми телегами и бревнами.

Вскоре в городе загудит набат, и Национальная гвардия выйдет на улицу.

И наступил последний акт знаменитого побега. Король, покончив с постыдным маскарадом, обратился к окружившей их толпе: «Да, я ваш король.

Я устал от оскорблений, которым подвергался в моей столице, я решил удалиться в провинцию. Надеюсь здесь снова обрести любовь народа к своему Государю… Надеюсь, мой народ вспомнит свой веселый, счастливый характер».

После чего грозным голосом приказал освободить мост и отвезти их к «Великому монарху».

Ему в лицо расхохотались…

А потом они услышали взрыв – мост был взорван.

Маркиз Буайе, наконец-то прискакавший со своими драгунами, бесполезно стоял на том берегу реки, не смея перейти ее вброд.

Весь Варенн уже был заполнен национальными гвардейцами.

В это время прибыли депутаты из Парижа. Они привезли декрет, в котором королю Франции приказали вернуться в Париж.

И король, отбросив бумагу, справедливо сказал: «Во Франции больше нет короля..».

Они очень устали, после безумного дня захотели провести ночь в Варенне. Но им не дали. Приехавшие депутаты потребовали немедленного возвращения в Париж.

Их окружала толпа – орали: «В карету их, в карету! Мы засунем в карету этих!.».

Король, королева и их дети вынуждены были слушать ругательства и проклятия.

Они ехали в Париж. В карету вместе с ними сели посланцы Национального собрания – два депутата, конституционный монархист Барнав и якобинец Петион.

Барнав поместился между Людовиком и Марией-Антуанеттой, Петион – между сестрой короля Елизаветой и мадам де Турзель.