Благими намерениями

После грязных окопов хочется жить по-человечески. Выбора у нас не много.

Мы с Бульдогом навели порядок в бассейне, и я спокойно чистил автомат.

Если на срочке ты делаешь это по приказу старшину, то здесь сам догадываешься, что нерабочее оружие плохо влияет на твою выживаемость. Да и чего греха таить – успокаивает медитативно чистить деталь за деталью.

– Вов, тебя там комвзвода вызывает – сообщил мне его заместитель – Нефтяник

Собрав и проверив свой АК, я повесил его на плечо и неспеша пошел к командиру.

Он занял кабинет директора на втором этаже. Там уже стоял Жирный и неизвестный мне военный.

– Проходи, Вов – позвал меня Волк, как только я появился у двери

– Так зачем нас собрали? – спросил Жирный

– Товарищ следопыт попросил выделить ему двух человек для важной и срочной миссии. Поэтому с этого момента вы временно переходите под его командование – объявил Волк

– В Грязях прятался предатель, и по агентурной информации он не успел отсюда сбежать. Только что определили район, где он предположительно находится, и мне нужны люди для его задержания, в случае если будет оказано сопротивление.

Если вопросов нет, то надевайте экипировку и через пять минут жду вас у машины. – добавил следопыт

Я взял свой особый рюкзак, если вдруг во время задания найдется, чем поживиться, и направился к машине. Это был «Тигр». Стоял он прямо перед входом, а около курили водитель со следопытом.

Водитель предложил мне сигарету.

– Последнее не беру – ответил я, закурив свою.

Пока стояли, я оценивал ситуацию. Начал рассматривать следопыта. Немолодой мужчина, на вид лет тридцати пяти. На броне несколько нашивок, одна из которых – «Штирлиц», скорее всего, позывной, и шеврон с черепом.

– Как зовут? – спросил он меня

– Обычно Добряком, а так можешь звать Вовой – ответил я

Так бы молча и курили, но к нам подбежал Жирный.

Он единственный в подразделении, кто не придумывал себе позывной. Он закрепился за ним еще в Молькино, когда Армен действительно был толстым и еле бегал.

Конечно, сейчас он уже был обычного телосложения, на его молодом армянском лице даже стали прорезаться скулы на месте когда-то пухлых щек. Но по привычке мы продолжали звать его Жирным.

– Ух ты, не жалеет руководство денег на нашу частную разведку! – воскликнул Жирный, смотря на новенький «Тигр».

Штирлиц лишь молча бросил на Армена недовольный взгляд. Да и я, честно сказать, не был с ним солидарен.