Бисмарк. Русская любовь железного канцлера

А она, тихо усмехнувшись, села в карету и позвала мужа:

– Николя…

Но в Arles, в те острые моменты, когда на ринге окровавленный бык в бешенстве мчался на тореадора, чтоб поднять его на рога, Кэтти, сидя на зрительской трибуне между Бисмарком и мужем, в ужасе схватила и стиснула их руки – сразу у обоих, одновременно!

Так, держа обоих мужчин, она просидела на протяжении всего боя быков, и Бисмарк воспринял ее цепкое пожатие, как еще один знак. Однако он и тут сдержался, не ответил на этот жест. И был вознагражден – в древней провансальской деревне La Tuliere, что возле городка Grignan, Кэтти заказала хозяину сувенирной лавки выгравировать «Kathi» на агатовом брелоке для часов и протянула Бисмарку этот брелок:

– Дядюшка, это вам.

– Мерси, мон амур.

19

Nimes-Avignon. 13 сентября 1862 г.

Даже из своей кареты Бисмарк услышал, как Кэтти восторженно крикнула, показывая на старинный виадук Понт-дю-Гар.

– Ой, я хочу туда!

– Но я не могу… – сказал Орлов, кивнув на свою правую руку.

– Ничего, я пойду сама!

Однако одну ее, конечно, к виадуку не пустили, Бисмарк пошел с ней, а Николай остался на речном пляже и через подзорную трубу наблюдал, как они поднялись к древнеримскому виадуку через реку Гардон, когда-то называемую Гар. Тысячу восемьсот лет назад, во времена Римской империи, это гигантское трехъярусное сооружение, построенное по приказу знаменитого Марка Агриппы за девятнадцать лет до рождения Иисуса Христа, было частью сорокакилометрового водопровода и снабжало водой Ним, Авиньон и все соседние города и селенья.

И вот там, наверху, у начала третьего яруса виадука, заросшего кустарником и диким виноградом, Бисмарк, рассказывая про Марка Агриппу, решил, что момент настал – он обнял Кэтти, поднял над землей и…

О, Боже, ее губы ответили ему!

Спустя минуту они, забыв Агриппу и невидимые никому, уже катались по земле.

– Нет! Ни за что! Нет!..

– Si! Ja! – теряя голову, твердил он по-французски, по-немецки и по-русски. – Да! Да! Я люблю тебя!

– Нет! Я не могу, я княгиня!

Наверно, своим весом он настолько придавил ее к земле, что мелкие камни оцарапали ей плечи и спину, оголенные летним сарафаном.

– Stop it! – сказала она. – Мне больно!

Конечно, он отпустил ее. Кэтти порывисто встала, оставив на земле свою шпильку.