Бледный всадник, Черный Валет

По правде говоря, он валился с ног от усталости, а его желудок требовал мяса и пива. Ему осточертел сухой корм, который он переваривал последние трое суток, словно аквариумная рыбка.

Он брел по разбитому тротуару, изредка поглядывая на вывески. Все провинциальные дыры и дырочки были удивительно похожи друг на друга. У Валета в голове не укладывалось, как можно застрять в подобном захолустье больше чем на месяц и не подохнуть от скуки.

* * *

За приоткрытой дверью цирюльни «Восторг» поблескивали очки с круглыми стеклами.

По мнению Горелика, парню, который топал мимо, давно следовало бы побриться, а из его волос получился бы неплохой парик, однако что-то помешало цирюльнику предложить гостю города свои услуги. Может быть, врожденная осторожность или дар предвидения? А вдруг парню не понравится, как Горелик держит бритву? Вдруг парень решит, будто его хотят зарезать (а такое случалось)? Что тогда делать бедному старому еврею?.

Цирюльник услышал сзади сердитое сопение и почувствовал, как его голову облепили две жаркие мягкие подушки. Ощущение в чем-то даже приятное.

Горелик покорно припал к груди своей необъятной жены. Он догадывался, почему та сердится: у него не хватило духу выйти за дверь и попытаться заполучить клиента. Но ЭТОГО клиента пусть зазывает к себе кто-нибудь другой. Горелик уже давно не цветущий мужчина, но с мозгами у него пока все в порядке!

Жена дожевала лепешку, икнула и многозначительно спросила:

– Вы видели это, Моня?

Горелик отклеил затылок от «подушек», обернулся и посмотрел на свое огромное «счастье» с легким презрением.

– Видел ли я? – переспросил он. – Вы смеетесь, Сонечка! Чтоб я стал совсем лысым, если этот поц завтра же не наделает шухера!.

* * *

В отличие от цирюльника владелец похоронного бюро «Вечная молодость» Швыдкой не испытывал недостатка в клиентуре. Швыдкой прямо-таки процветал. В последние дни заказы сыпались на него, как перхоть с немытой головы. Трупы прибывали ежедневно. Складывалось впечатление, что жители Ина решили дать гробовщику заработать и отыграться за многомесячный простой. При этом своей смертью умер лишь один пожилой лавочник.