Портрет в черепаховой раме. Книга 1. Покинутая дама

– Вот тогда и потолкуем основательно! Особенно про монумент «Петро прима Катарина секунда».

– Расскажем обо всём, что знаем! – заверил Загряжский.

– Вот и отлично! – сказал Репнин. – А пока желаю вам очаровать псковских красавиц!

– Будем стараться, ваше высокопревосходительство! – ответил полковник.

– Садись, Кауров! – произнёс губернатор.

Адъютант сел в сани.

– Трогай! – крикнул Репнин.

И сани укатили.

В Санкт-Петербурге

В одну из комнат Зимнего дворца, которую занимал Иван Иванович Бецкой, вошёл его помощник с несколькими конвертами в руках, положил их на стол перед своим начальником и сказал:

– Новые вести!

– Откуда? – спросил Бецкой.

– Из Пскова и Лифляндии.

Бецкой взял конверты и принялся вскрывать одни за другим, пробегая написанное глазами, а затем негромко произнёс:

– Так! – встал, собрал конверты, вышел из комнаты, прошёл по коридору, открыл дверь и оказался в покоях императрицы.

Екатерина стояла у окна и курила сигару.

– Первые вести из Псковщины и Лифляндии! – произнёс Бецкой и потряс конвертами.

– Что пишут?

– Карабинеры прибыли в Псков. Их встретил губернатор Репнин. А генерал-губернатор Броун приказал встречать прибывающий полк фейерверком.

– Всё разворачивается так, как и должно было развернуться! – сказала императрица. – Будем с нетерпением ждать продолжения!

На пути к Дерпту

Ранним утром следующего дня к придорожному трактиру, стоявшему на пути из Пскова в Дерпт, прискакали офицеры карабинерного полка.

Полковник Иван Загряжский бросил взгляд на вывеску трактира и прочёл:

– «Милости просим. Фитингоф и Липхарт»! Приглашают посетить?

– Не только посетить, но и перекусить! – заявил ротмистр Фёдор Шальнов.

– Тогда стоит заглянуть! – сказал корнет Михаил Киселёв.

– А ждёт ли нас там удача? – спросил поручик Сергей Стрешнев.

Загряжский, кивнув на стоявшие неподалёку сани, воскликнул:

– Ждёт, ждёт! И наверняка там есть те, кого мы должны очаровать!

Командир полка спешился, привязал своего коня к ограде и направился в трактир.

Посетителей в трактире было немного: семейство, состоявшее из родителей и трёх взрослых дочерей, и одиноко сидевший мужчина лет тридцати в партикулярном платье. Все завершали трапезу.

Загряжский сразу воскликнул:

– Приятного аппетита, господа!

– Спасибо! – ответил глава семейства.

– С благодарностью принимаю! – добавил одинокий партикулярный посетитель.