Портрет в черепаховой раме. Книга 2. Подарок дамы

– Как стерегут, а? – подивился Великий Князь. – На каждого раба по охраннику!

– «Доктор Дженер получил из Бенгалии мешок рупий».

– Вот как? За что же?

– «В знак благодарности тамошних жителей за введение в употребление прививания коровьей оспы».

– Позанятней есть что-нибудь?

– Есть! – ответил Шумахин. – Из Вены пишут. «Приехал сюда один евреянин, живший в Амстердаме. Он выпросил у здешних купцов заимообразно 200 тысяч флорин червонцами с иностранными векселями и скрылся. Его уже везде ищут».

– Что у нас?

– «Зубной оператор Гартц отбеливает зубы. Сколь бы черны они ни были».

– Так!

– «В придворной книжной лавке Алисия продаются новые петербургские виды и портрет адмирала Нельсона. Скорняжный мастер Христофор Фиссель предлагает свои услуги в починке и поправке старых шуб».

– Дальше!

– Больше ничего нет-с! Только вексельный курс. И погода за прошедшие три дня.

– Ни убийств, ни пожаров, ни разбойных нападений не было?

– Бог миловал! – тихо ответил Шумахин.

– Какие? – оживился Константин.

– Непроверенные.

– В непроверенных всегда что-то есть! И что же толкуют?

– Будто муж с женою друг друга порешили.

– Вот как? – ещё больше оживился Великий Князь. – С чего это они?

– Странные личности, Ваше Высочество. Кто они и откуда – неизвестно. Сказывают, разбоем промышляли. Добычу, видно, не поделили.

– Так. И что?

– Оружие у них было. Пальба началась. А там и пожар. Спасти никого не удалось.

Шумахин загадочно замолчал.

– Какую, Шумахер? Не тяни!

– Шумахин, Ваше Высочество! – тихо поправил чиновник.

– Шумахин, Шумахер – какая разница? Что обнаружено?

– Кинжал.

– Я-то думал…, – разочарованно протянул Константин. – Что в этом любопытного?

– Полиция полагает, что сим холодным оружием были совершены преступления последних месяцев.

– А в доме всё сгорело?

– Всё, Ваше Высочество.

– Концы, стало быть, в воду!.

* * *

Санкт-Петербург окутывали сумерки. Княгиня Голицына стояла у окна и наблюдала, как тают, погружаясь во тьму, очертания домов. За столом в гостиной сидел секретарь и записывал очередное послание княгини сыну Дмитрию, отдыхавшему в Италии.

– Написал? – спросила Наталья Петровна.

– Написал.

– Дальше пиши! У нас только и разговоров тут о землетрясении в Италии.