Четвертый всадник

Его могучая фигура опустилась на корточки, после чего встала на колени, и он как можно глубже, поместил свою руку в остатки человеческого бытия, но вынул ее оттуда практически сухой, лишь на кончиках пальцев, виднелись солнечные блики, отражающиеся в каплях.

– Метр, – нерешительно проговорил он, – или около того. Снизу все плотное, нет даже куска ткани.

– Кости? – посмотрел на него Энтони и Фрэнк лишь утвердительно кивнул.

– Что думаешь? – наконец спросил Энтони у ожидающего неподалеку Николаса.

– Я даже не знаю, что ответить.

– Чьих это рук дело?

– Это не люди, – подал голос Дрил сидевший неподалёку. – Люди хоронят своих, а не сбрасывают в сточные воды, как ненужный хлам!

– Я с ним полностью согласен, – произнес Николас. – Если на такое способно человечество в ближайшем будущем, то увольте меня и дайте спокойно уйти, потому что жить в таком мире я не согласен.

– Не горячись, – похлопал его по плечу Энтони. – Это лишь одно из возможных будущих, которое надеюсь не наступит.

– Поверю тебе на слово, – улыбнулся Николас, пытаясь унять расшалившиеся нервы. Он представил себе, как группа людей собирает трупы по городу и просто сбрасывает их в реку, или в океан. И не несколько, а десятками тысяч, друг на друга, не заботясь ни о чем другом, как найти очередное тело и выбросить его, а за ним еще и еще.

– Нам пора уходить, – наконец-то решился и произнес Николас. – Дрил?

– Карта почти составилась, – ответил тот, вновь вглядываясь в проекцию на своей руку.

– Надо найти подходящее место, – подал голос Фрэнк. Он тщательно тер руки большой салфеткой, словно пытался убрать с них невидимую грязь. – Не хочу уходить с братской могилы.

– Я с ним согласен, – проговорил Дрил.

– Ну если так, то пошли куда-нибудь подальше. – принял решение Энтони. – Можно просто зайти в близлежащее здание и там уже активировать маяк.

При других обстоятельствах, Николас назвал бы их уход обычным бегством, но сейчас все его внимание было прикреплено к небольшому кусочку выбеленной кости, который он пытался рассмотреть со всех сторон.

– Его словно бы обглодали, – тихо твердил он про себя, сравнивая маленькие полосы на кости, с видимыми им точно такими же, на фонарных столбах. Словно клешни обхватывали и то, и другое.