Фейбл

Физически мне было не сравниться ни с кем из ныряльщиков, поэтому я прятала самоцветы и монеты внутри выпотрошенной рыбы или в моллюсках с тех самых пор, как у меня в последний раз отобрали мой улов.

Я провела кончиком пальца по шраму на своем запястье, повторяя его очертания, похожие на корни дерева, идущие вверх до сгиба локтя по внутренней стороне предплечья. Долгое время этот шрам был единственным, что помогало мне выживать на острове. На Джевале ничто не имеет такого веса, как суеверия, поэтому никто не хотел связываться с девчонкой, у которой была подобная метка.

Всего через несколько дней после того как Сейнт бросил меня на острове, старик по имени Фрет пустил в порту слух, будто бы меня прокляли морские дьяволы.

Ялик замедлил ход, и я встала, после чего соскочила за борт вместе с сетью, перекинутой через плечо. Пока я шла по мелководью, я чувствовала на себе взгляд Коя и слышала его низкий хриплый шепот у себя за спиной. На Джевале каждый был сам за себя, но не тогда, когда заговор мог принести выгоду.

И да, Кой был мастером, когда дело касалось плетения интриг.

Я шла вдоль кромки воды к скале, вглядываясь в нее в поисках тени своего возможного преследователя. На закате море стало фиолетовым, и когда солнце совсем скрылось из виду, на поверхности воды заколыхались последние неяркие блики уходящего дня.

Мои мозолистые пальцы нащупали знакомые расщелины в огромном черном валуне, и, подтягиваясь на руках, я стала карабкаться вверх, пока брызги морской воды, разбивающиеся с другой стороны о скалу, не ударили мне в лицо.

Веревка, которую я закрепила на уступе, терялась в воде в самом низу.

Я достала расколотую раковину морского ушка из своей сети и спрятала ее под рубашку, прежде чем выпрямиться в полный рост и сделать глубокий вдох. Как только волна с грохотом разбилась о скалу, я прыгнула с уступа в море. С каждой минутой становилось все темнее, но я ухватилась за веревку и последовала за ней на глубину, в тень леса из морской капусты, которая поднималась со дна моря широкими гофрированными лентами.

Снизу ее листья были похожи на золотистый шатер, бросающий зеленую тень на толщу воды. Пока я плыла вниз, между водорослями петляла рыба, которую преследовали рифовые акулы, охотящиеся за своим ужином.

Бухта была одним из немногих мест, где мне разрешалось ловить рыбу, потому что бурные волны постоянно ломали тростниковые ловушки, используемые другими ныряльщиками.