«Машина времени». История группы. Юбилейное издание

Это потом я понял, что есть несколько аккордов, вот на них поются все песни. А до этого мне никто не объяснил. Мне казалось, что это какое-то особое искусство, зажимать вот эти струны в нужных местах. Я даже не пытался этого постичь. Не знаю, почему.

– Название откуда появилось? Почему Time Machines?

– Название придумывали все.

– Ааа, то есть это легенда, что Борзов придумал?

– Это был мой вариант. Каждый пытался придумать название.

– А какие были варианты еще? И все на английском исключительно?

– Ну, не совсем, хотелось, чтобы они звучали и на русском, и на английском.

Я помню, что я предложил два варианта: «Машины времени» или «Летающие тарелки». Все во множественном числе, так полагалось.

– Это оба названия из сферы научной фантастики? То есть было увлечение…

– Ну, что-то вроде, да.

Я и сейчас думаю, что достаточно дурацкое название…

– Где происходил этот брейнсторм?

– Да везде это происходило. Днем встречались и говорили: «Я вот думаю, вот так, а я вот придумал такое».

 – «Нет… Это не звучит».

– А идеи накидывали только Борзов и Макаревич?

– Не помню, может еще кто-то накидывал.

– Там вообще много людей в какое-то время участвовали. Был и Шурик Иванов, и Паша Рубен, и Игорь Мазаев. Вообще людей, которые как-то близко были к «Машине времени», огромное количество.

– Как произошло утверждение названия?

– Помню, что Макаревич написал это название на большом барабане. Сам, конечно. Натянул на обод простынь и написал: «Машины времени»! По-русски.

И этот обод должен быть у него где-то, в каком-то музее.

Потому что где-то на 30-летие «Машины времени» во Дворце спорта был концерт, и я тогда в гараже у себя нашел этот обод от барабана с этой надписью и ему принес, подарил.

– Все концерты были удачные?

– Концерты были редкими. Концерты были в Доме культуры энергетиков.

Еще мы выезжали на Николину гору, у них там что-то вроде концертного зальчика.

– А потом вы на Николиной горе переместились на полянку.

– И на поляне играли. И очень хорошо нас принимали.

И сидели, я помню, какие-то и пожилые люди хлопали.

– Пожилые – это лет 30?

– Ну, может быть, и постарше. Дачники пришли на концерт, играют молодые ребята…

Никита Михалков нас забрал потом к себе, конечно, да… Мы у него за столом сидели. Он тогда еще только думал снимать фильм «Свой среди чужих», тоже пел песню оттуда про головку забубенную. Очень хорошо посидели, замечательно. Только напились и утром оказались все в разных местах.