Капитан Наполеон (сборник)

Но что он может предсказать?

Молодые люди замолчали и стали прислушиваться, а Екатерина, вдруг ставшая очень серьезной, настроенная несколько мистически благодаря близости чародея, шепнула Лефевру на ухо:

– Я очень хотела бы, чтобы он предсказал много счастья Бонапарту. Это такой достойный молодой человек! Он поддерживает четырех братьев и сестер. А он далеко не богат, настолько, что, видите ли, я никак не могу решиться представить ему счет. А он мне много должен за стирку белья! – прибавила она с легким вздохом встревоженного коммерсанта.

Тем временем Фортунатус, покачивая остроконечной шапочкой, важно рассматривал руку молодого человека, которого Бернадотт назвал Жюно.

– Твоя карьера, – замогильным голосом начал он, – будет блестящей и удачной. Ты станешь другом великого человека. Ты будешь спутником его славы. Твою главу увенчает герцогская корона… ты будешь победителем на юге.

– Браво! В настоящий момент я сижу на половинном пайке! Ты обещаешь утешительные вещи, друг! Но скажи мне, какой смертью умру я после такого счастья? – воскликнул Жюно.

– Ты умрешь в сумасшествии! – мрачно произнес колдун.

– Черт! Начало твоего пророчества гораздо приятнее конца! – смеясь, сказал второй, которого Бернадотт назвал Мармоном. – Ну, а мне ты тоже предскажешь сумасшествие?

– Нет! Ты будешь жить на несчастье родины и на позор себе. После существования, полного славы и счастья, ты изменишь своему повелителю, станешь предателем своей родины, и твое имя получит печальную известность Иуды Искариотского!

– Ну ты не очень-то щадишь меня в своих предсказаниях! – с громким смехом воскликнул Мармон.

С этими словами он указал на молодого артиллерийского офицера, к которому Екатерина питала столько участия.

Но тот резко отдернул руку и сказал суровым тоном:

– Я не желаю знать будущее. Я сам знаю его. – Он простер руку по направлению к небу, кусочек которого виднелся сквозь забор из дранок, окружавший садик «Во-Галя», и сказал дрожащим голосом: – Видите вы там звезду? Нет, не правда ли? Ну а я вот вижу ее; это – моя звезда!

Чародей отошел от их стола.

Екатерина знаком подозвала его; он подошел к компании и сказал, глядя на двоих гвардейцев:

– Пользуйтесь вашей молодостью… ваши дни сочтены!

– А где мы умрем? – спросил один из тех, которым было суждено умереть за свободу десятого августа среди прочих героев, расстрелянных швейцарской лейб-гвардией.