Посол к Сталину

Посол Дэйвис по старой судебной привычке, чтобы казаться умнее, любит в книге ввернуть фразочку на латыни. Чтобы не перегружать текст, я привожу их в переводе на русский по смыслу. Продолжаем.)

Им требовался минимальный перекрёстный допрос от обвинителя. В случае с одним из обвиняемых обвинитель даже посоветовал тому вернуться к сути дела и не приукрашивать свои показания дополнительными преступлениями. Поведение обвинителя было совершенно лишено запугивания. Очевидно, в этом не было нужды.

(Примечание Мемуариста. То есть, в американском суде тех лет ситуация, когда обвинитель наводит страх на подсудимого, была нормой? Любопытное сравнение "кровавых Сталинских палачей" и "честных американских судов".)

По окончании заслушивания подсудимых обвинитель долго выступал перед судом, основываясь частично на доказательствах вины, но в значительной части на посторонних исторических вопросах. Это было эрудированное, компетентное выступление.

Заключительные выступления обвиняемых.

Обвиняемый Пятаков в своей заключительной речи не просил снисхождения, также как и Шестов, являвшийся главным организатором совершения некоторых наиболее гнусных преступлений. Фактически, Шестов заявил, что он заслуживает смерти и хотел бы умереть.

Радек не просил пощады, кроме того намёка, не просил и Муралов. Сокольников просил, но в очень горделивой манере. Остальные без исключения просили о прощении. В заключение этих последних слов суд объявил перерыв и пять часов спустя вынес свой приговор.

Вердикт суда.

Все обвиняемые были признаны виновными и получили приговоры соответственно тяжести своих преступлений. Пятаков и Серебряков, как члены антисоветского троцкистского центра и те, кто совершили измену, шпионаж, разрушительные и террористические действия, были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу.

Одиннадцать других, включая Муралова, как организаторы и прямые исполнители преступлений были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу.

Двое других, Арнольд и Строилов были приговорены к десяти годам заключения за конкретные преступления, в которых они обвинялись.