Сети зла

Макая перо в чернильницу, что-то быстро начал писать. Орландина, поджав губы, улыбалась, глядя на старания сморчка.

Наконец он завершил дело, внимательно посмотрел так и сяк и остался доволен.

– Вот, – протянул ей лист плотной камышовой бумаги, – прочти, ежели грамотная, или пусть тебе кто прочитает.

Он кивнул в сторону гостей. Молча взяв контракт, Орландина принялась медленно читать, шевеля губами. Все вроде было верно. Договор между ней, Орландиной, прознатчицей Серапиского легиона вольных воинов, и горожанином Захесом из купеческого сословия на охрану вверенного оному Захесу его компаньонами товара.

Да, все правильно. Уже давно хитрые люди вроде Захеса наловчились обманывать сборщиков податей.

Сторожа товаров и складов налогов не платили, а телохранители, как люди заведомо больше получающие, должны были отстегивать часть заработка в городскую казну. Так что когда, к примеру, требовалось охранять человека, то охранник подряжался будто бы охранять его драгоценный перстень или ожерелье.

– Встретишься с нужным человеком в «Буйном кабане», отдашь ему пакет, возьмешь то, что он тебе вручит, и отнесешь в «Три кашалота». Передашь Адрасту. Поняла?

– Что хоть сторожу? – осведомилась девушка.

– Безделицу, векселя Нубийской торговой компании. Красть их бесполезно: именные, – но порядок есть порядок. Да и говорят, в компании не без греха – воруют-с! – Коротышка многозначительно хихикнул.

«Да вот такие, как ты и воруют!» – поморщилась про себя девушка.

Захеса она почему-то не любила. Не то чтобы про него ходили дурные слухи, или он кого-то обманул, но… Скользкий тип, одним словом.

Забрав пакет, она вышла прочь.

Слободку девушка покинула через Куриные ворота. Впрочем, буде такая нужда, она бы сделала это без труда где угодно.

Вал, окруживший слободку, старый, оплывший, с мелким рвом и множеством прорытых ворот, давно уже не имел права именоваться заумным словосочетанием «оборонительное сооружение».

Глава 2. НА ГОРЯЧЕМ

Ваал требовал жертв. Нагло и категорично.

Верещал так, что просто уши закладывало.

В его пронзительном вопле-визге слышался прямой призыв к Орланде немедленно покинуть келью и отправиться на поиски чего-нибудь съестного. Все равно чего, лишь бы можно было дать поживу зубам и желудку.

Вот проглот.