Боевая рыбка. Воспоминания американского подводника

Боевая рыбка. Воспоминания американского подводника

Джордж Грайдер

Лидл Симс

Воспоминания боевого командира, офицера-подводника Джорджа Грайдера, записанные журналистом Лидлом Симсом, – уникальное свидетельство участника Второй мировой войны. Ярко и образно описаны подготовка моряков, совершенствование ими навыков морской службы, боевые патрулирования и торпедные атаки. Грайдер был очевидцем нападения японцев на Перл-Харбор, поэтому его рассказ особенно ценен. В книге передана напряженная атмосфера постоянного риска нахождения на большой глубине в замкнутом пространстве американской подводной лодки.

Джордж Грайдер, Лидл Симс

Боевая рыбка. Воспоминания американского подводника

Посвящается Энн и Гэйлу

Глава 1

«ТИХАЯ» СЛУЖБА

По мере того как один за другим проходили дни 1941 года, всем нам становилось ясно, что приближается война. И осознание этого факта занимало умы даже тех из нас, кто отвергал такую возможность. Я думаю, что это как со смертью: все мы знаем, что когда-то умрем, но до тех пор, пока этот момент не наступит для нас, мы ее не приемлем.

Мы с группой сослуживцев играли в бридж в моем доме в Сан-Диего поздним вечером 6 декабря. Кто-то спросил меня, когда, по моему мнению, мы вступим в войну. «Завтра», – сказал я в шутку, мой партнер открыл карты без козырей, и вопрос был забыт.

На следующий день мы с Энн и нашим маленьким сыном Билли наслаждались спокойствием воскресного дня, когда к нам в дом ворвался сосед и сообщил нам, что бомбили Пёрл-Харбор.

А в тот день я тут же сел в машину, сказал жене и ребенку нежное «прощайте» и поехал в дивизион, к которому был приписан и в составе которого были четыре старые субмарины. Это были устаревшие подлодки, постройки после Первой мировой войны, но в тот памятный день никто из нас не сомневался, что мы на них незамедлительно вступим в бой.

Еще одно событие того памятного дня – это такой же, как я, морской офицер соседней подлодки. Когда я прибыл, он стоял на палубе, вернее, свешивался через бортик. Накануне он хорошо провел время на вечеринке и теперь чувствовал себя так скверно, как никто другой, кого я встречал в подобном состоянии. Второстепенные эпизоды, подобные этому, часто врезаются в память в минуты сильного волнения, но была другая причина, по которой я запомнил все так хорошо.