Чародей фараона

Но это оказались всего лишь телохранители, заметившие с берега неладное и решившие добраться до ладьи наследника фараона вплавь. Они переводили оторопелые взоры то на принца, то на Даниила, то на гребцов, не зная, что предпринять.

– Он спас мне жизнь, – чуть слышно пробормотал царевич и, зашедшись кашлем, вновь потерял сознание.

– Что стоите, олухи Ра небесного! – заорал Данька на замерших в ужасе гребцов, не обращая внимания на Рахотепа и стражей, с которых еще стекала вода.

Не дожидаясь уточнения – что именно тогда их ждет, лодочники кинулись к веслам.

Через пять минут ладья уже подплывалак пристани, расположенной неподалеку от дома Джеди – то есть теперь уже Горового.

Пока стражники, суетясь и мешая друг другу, вносили бесчувственное тело наследника престола в дом, пока невесть как оказавшаяся тут Анх в ужасе всплескивала руками и спрашивала, что она должна делать, пока посылали во дворец, Даниил и заметно ободрившийся Упуат уединились в крошечном садике у задней стены.

Данька подумал, что он со своими (хоть и скромными) познаниями в медицине XXIІ века, возможно, принес бы гораздо больше пользы, чем местный коновал со снадобьями из желчи носорога и толченых скарабеев; Но проявлять инициативу не стал – хватит с него уже на сегодня.

– Что это была за гадина? – вместо этого спросил он.

– Хурсарк, – коротко пояснил Проводник.

– Какой еще гусар? – не понял Данька.

– Хурсарк – созданная акху тварь. Они берут крокодилов, змей, львов – случается, и людей, проделывают с ними разные тонкие штучки у себя там…

– Там – это где? – полюбопытствовал Горовой.

– Там – это значит у себя дома, – сухо отрезал пес. – Не перебивай, а слушай внимательно. Так вот – они… м?м?м – одним словом, как у вас говорят, занимаются биотехнологией, в результате чего и получаются хурсарки.

– Однако! – вдруг зло рыкнул кобель. – Они совсем обнаглели, сгинуть им в безднах Дуата! Совсем обнаглели, до беспредела! Ну, ничего – наши с ними разберутся! Главный этого так не оставит. На следующем же Большом Сборе!.. Ну, это ладно, – сказал он, успокаиваясь.