Раскопки

Меня тронула ее тактичность и как осторожно она ходила вокруг меня, все понимая и не нарушая молчания.

И только когда она застегивала пуговицы на рукаве, я заметила, что пальцы у нее подрагивают.

– Что случилось, дорогая?

Эллен ничего не ответила и продолжила заниматься пуговицами.

– Готово, – сказала она, поправляя манжеты.

Голос ее звучал ровно, но по ее нижней губе было видно, что ее одолевают сомнения.

– Ты чем-то расстроена? – спросила я.

Она вновь не ответила.

– Если хочешь мне что-то рассказать, то не переживай – никто ни о чем не узнает.

И тут она как-то резко дернулась.

– Все в порядке, мэм, – сказала она. – В полном порядке. Но спасибо за заботу.

Я стояла у зеркала, а Эллен взяла щетку для одежды. Она с обыкновенной ловкостью прошлась по моему наряду, лишь слегка прикасаясь к ткани. Тут я поняла, что Эллен вот уже как несколько дней не спрашивала, не хочу ли я, чтобы она причесала меня перед ужином. Наверное, это тоже из чувства такта.

На следующий день снова пошел дождь.

После чая я отправилась к курганам. Мистер Браун сидел в одиночестве в пастушьей сторожке. Он уже было собирался выйти ко мне, но я сказала, что буду рада посидеть вместе с ним внутри. Он помог мне подняться по ступенькам, отряхнул мой зонт, смахнул пыль с одного из мест и предложил сесть. Джейкобс и Спунер, как выяснилось, уже разошлись по домам – в такую погоду раскопками заниматься оказалось невозможно.

Только я села, как мистер Браун тут же сказал:

– Мы вряд ли что-то найдем, миссис Претти.

Говорил он поспешнее, чем обычно, как будто эту мысль он держал в голове уже какое-то время и ему очень хотелось наконец ее озвучить.

– Вы уверены?

– Нет. Но у меня такое чувство, если так можно сказать.

– Это ваш нос так чует?

– Боюсь, что да.

Я даже не ожидала, что так расстроюсь. Разочарование пробежало по мне, как сильный поток реки, сметающий все на своем пути.

– И что вы предлагаете, мистер Браун?

– Даже не знаю. Я все думаю, как же будет правильнее поступить.

Судя по всему, он был так же подавлен, как и я. Мы посидели немного молча. Отчасти желая отвлечься от невеселых мыслей, отчасти потому что мне и правда было интересно, я спросила у Брауна, как так вышло, что он занялся археологией.

– Мой дед любил поковыряться в земле, – сказал он. – Хобби такое. И отец много рассказывал мне об археологии. Он провел целое исследование саффолкской почвы. Знал о ней все – от и до.