Из жизни двух городов. Париж и Лондон

По расписанию дилижансы Париж – Лондон отходили от здания Службы сообщения на улице Нотр-Дам-де-Виктуар три раза в неделю ровно в двенадцать дня, выезжали из Парижа через Порт-Сен-Дени, проносились через Клермон-ан-Бовэзи и делали остановку на ужин лишь в Амьене. Затем ночью тряслись до Абвиля, куда обычно прибывали рано утром. Ему еще повезло, что он смог ухватить пару часов сна в Абвиле. В кармане лежал экземпляр любимого Спектейтора[1 - The Spectator – «Зритель», популярный еженедельный британский консервативный журнал, основанный в 1828 г.

] – однако читать, как и спать, здесь было совершенно невозможно. Впрочем, он уже перечитал журнал столько раз, что мог бы воспроизвести его тексты по памяти.

В любом случае, читать он не собирался. В его планы входило лишь наблюдать: он ведь обещал посылать дорожные впечатления другу – издателю популярной парижской газеты. Прикрыв глаза, он замечтался: вот он приезжает в Англию и начинает изучать местные обычаи беспристрастно, руководствуясь лишь здравым смыслом; он не будет спешить с выводами, взвесит все достоинства и недостатки английского образа жизни, он не уподобится собратьям-французам и не станет приводить стандартный набор стереотипов.

Он знал, что ему предстоит многое увидеть, многое выяснить. Нынче ездить в Лондон стало так «модно», что юнцы-аристократы мотались туда постоянно, а по возвращении им и сказать-то было нечего, кроме того, что в Лондоне тоже есть шлюхи, парки и театры, и что там точно так же можно надраться шампанским до бесчувствия.

Но сколько еще предстоит трястись? Сегодня они пообедают в Монрёй-Сюр-Мер (кстати, этот город вовсе не на море), а переночуют в Булони, и здесь он примет решение: плыть ли морем до Дувра или продолжать путешествие дилижансом до самого Кале. Правда, от Кале до Дувра морской переход будет явно короче, чем от Булони. Подпрыгнув на очередном ухабе, он мысленно послал проклятие в адрес умника, придумавшего этот гроб на колесах – дилижанс [рис. 1]. Ведь существуют же удобные, современные средства передвижения – экипажи, не то, что эта доисторическая, дьявольская машина! Где рессоры, которые делают поездку в дорожной коляске – berline – такой гладкой? Их здесь и в помине нет! Массивная кабина из досок с оплеткой раскачивается на цепях, укрепленных на огромных шасси, и каждый раз, когда одно из деревянных колес наезжает на камень или проваливается в дыру на дороге, все сооружение содрогается, будто в предсмертных конвульсиях.