Миссис Всё на свете

Чарли промолчал, и она продолжила: – Ты велел мне танцевать для двора, и я станцевала.

«Похоже, все зависит от меня», – подумала Бетти.

– Король тебя изгнал! – воскликнула она, толкнув Шерил. – Не важно почему! Ты должна делать, как он велел!

Теперь уже хохотали все зрители, и Бетти подумала: хорошо, что они смеются не надо мной.

– Не смей жениться на Эсфири! – завопила Шерил, хватая Чарли за рукав халата. – Она тебе лжет! – Царица Астинь набрала побольше воздуха, и Бетти поняла, что та сейчас скажет.

– Подумаешь! Ты тоже, – парировала Бетти.

Сидевший в первом ряду чей-то отец громко хохотал, держась за живот. Несколько матерей утирали слезы платками, старшая сестра Бетти раскраснелась от веселья.

В углу сцены миссис Джейкобс подавала Шерил отчаянные знаки.

– Ладно! – вскричала Шерил, тряхнув волосами. – Но ты еще пожалеешь!

Задрав подбородок, царица Астинь протопала за кулисы. Зрители начали аплодировать, и, хотя этого в сценарии не было, Бетти подхватила подол и изящно поклонилась.

Когда спектакль закончился, Бетти с родителями и сестрой шли по парковке, и Джо хихикала, вспоминая лучшие моменты.

– Интересно, царица Астинь и в самом деле сказала: «Ты еще пожалеешь»?

Бетти держала в руках букет гвоздик. Она словно парила, а не шла. Никогда в жизни она не была так счастлива. И вдруг, почти возле самой машины, Бетти увидела отца Шерил, мистера Голдфарба, стоявшего, скрестив руки на груди.

– Кен! – Сара коснулась плеча мужа, потому что мистер Голдфарб шагнул им навстречу. Роста он был невысокого, зато костюм на нем чуть ли не лопался, и лысина буквально пылала от ярости.

– Думаешь, ты крутая? – спросил он громким сердитым голосом, тыча в Бетти пальцем. – Взяла и унизила мою Шерил перед всеми…

Бетти отпрянула. Кен шагнул вперед и загородил ее собой.

– Думаю, ваша дочь унизила себя сама, – заметил он очень спокойным голосом.

– Шерил пять лет берет уроки чечетки и классического танца, – заявил мистер Голдфарб.

– Думаю, зрители оценили ее танец, – мягко проговорил отец Бетти.

– Дело вовсе не в этом! – завопил мистер Голдфарб, брызжа слюной.

– Возможно, ей следовало сыграть царицу Эсфирь. На прослушивании я не был, поэтому сказать наверняка не могу. Зато я скажу вам вот что… – Бетти затаила дыхание. Отец заботливо обнял ее за плечи.