Воплоэны 2. Полторы королевы

Как он смешно речь толкал, «ку-ру-левство» вместо «королевства».

– А глаза были трезвыми, – сказала феечка. – И смотрел на всех: кто засмеется, кто поморщится?

– Ого! – сказала я. – Тебе в сыщики надо идти.

– Мне домой надо идти, – вздохнула сестренка.

– Не горюй, – подбодрила я, – обязательно пойдешь! Усечка восстановится, вот увидишь.

– Ладно, – снова вздохнула Агаша. – Про шестого короля рассказывать?

– А есть что?

– Не особо, но… Он самый молодой из них и самый… смелый… Нет, даже не просто смелый, а вот когда хочет быть самым первым, самым важным…

– Самый наглый? – подсказала я.

– Вот да, – вспорхнула, сделала круг над моей головой и снова уселась на плечо фейона.

Я вспомнила, как король Гетодута со смешным именем Охломон подхватил речь уставшего Ниротуба. Теперь оказывается, специально «уставшего». Наверное, хотел выяснить, кто из коллег-королей самый шустрый, от кого в случае своей слабости или потери бдительности следует ожидать ножа в спину. Конечно, шустрость Охломона можно было объяснить всего лишь молодостью, избытком энергии, но все-таки на него стоило обратить более пристальное внимание.

Поблагодарив Агашу, я отправилась искать Мареона. В бывшем кабинете Вилеона его не оказалось, нашла я его в банкетном зале спорящим с пожилым оформителем. Ну да, молодые бы не осмелились возразить гилену. А этот смог. Низенький, толстенький, лысый, он был похож на сердитого Колобка:

– Ваше подвеличество! Но это неприемлемо! Шарики! Что они будут символизировать? Что ваш брак, простите за крамолу, это мыльный пузырь, который скоро лопнет?

– Что это две тысячи пузырей, которые устанут лопаться раньше, чем лопнем мы, – сказала я, входя в зал.

– Ну я не знаю, – развел руками Колобок. – Над нами будет смеяться все королевство.

– А смех вообще продлевает жизнь, – сказала я. И обратилась к мужу: – Ви… То есть, Марик, могу я с тобой поговорить наедине?

– О чем, дорогая? – поднял гилен длинные темные брови.

– О королях и капусте, – хмыкнула я, вспомнив О. Генри. – Я же сказала: на-е-ди-не.

– Идем, любовь моя, – взял меня под руку Мареон и обернулся к оформителю: – Шарики!

И когда мы вышли в широкий пустой коридор, я сказала любимому:

– Под подозрением два короля.

Я пересказала Мареону разговор с Агашей, сообщила, какие выводы сделала фейона. Любимый надолго задумался.