Альфабет

– Того города, куда поехали ребята, здесь нет? – спросил я Алену, которая, щелкая мышью, уже искала в компьютере телефоны больниц.

– Вон, – оторвав взгляд от монитора, ткнула она на один из экранов. – Но там только центральная площадь, больше камер нет.

Ага… Памятник героям войны в центре, автомобильное кольцо вокруг со снующими туда-сюда машинами, здания кинотеатра и, скорее всего, местной администрации. Изображение неважное, даже номеров на автомобилях не разобрать. Если не особо присматриваться, вполне можно принять за мой город.

Только у нас на площади до сих пор стоит памятник Ленину.

Смутная, не сформировавшаяся мысль мелькнула вдруг в голове.

– А Стаса только здесь проверяли?

Алена вскинула голову и уставилась непонимающим взглядом:

– Только здесь. В области еще не находили объекты. А что?

Но мысль, так и не оформившись, уже улетела.

– Да нет, ничего. Просто спросил.

– Следи за экранами! – буркнула Алена и вновь защелкала мышкой.

Глава 5

Никита оказался совсем юным – едва ли исполнилось двадцать.

Впечатление усиливал маленький рост и худоба. Русые волосы были взъерошены, на носу красовались очки в большой черной оправе. Влетев в помещение, он крикнул: «Хай!», снял и швырнул в угол куртку и уселся за стол наблюдений. Лишь после этого заметил меня, «хайнул» уже адресно, сказал: «Никито?с» и даже не выслушав ответное представление, повернулся к Алене.

– Ты че такая квелая? А где Стасон с Ванидзе? Че, не вернулись еще? Бету?ру нашли?

– У них есть нормальные имена, Никита! – вспыхнула Алена.

 – Прекращай выражаться, как дебил-недоросток!

На шум голосов из чайной вышел мрачный, как похмельный слон Дмитрий Иванович. На бледной лысине выступили капли пота. В руке Менделев держал телефон – до сих пор, видимо, поднимал на уши друзей-знакомых.

– Машину обнаружили на стоянке, их самих никто не видел, – глухо обронил он. Посмотрел на экран смартфона и рыкнул: – Девять часов! Ярыгина, Горин – марш домой!

Странно, фамилию Рыбаку я еще не называл.

Но задело другое.

– Последний автобус ушел в восемь… – С досады у меня затряслись губы. – Не могли раньше сказать?

Отправившись к чайной за курткой, я надавал себе мысленных оплеух. Придется теперь ночевать на вокзале. Первый автобус в десять утра. Ну не идиот ли я, что влез в этот дурдом?

– Какой еще автобус? – наморщил лоб Менделев. – Тьфу, совсем забыл снять тебе квартиру! Извини.