Держи меня за руку

Мистер Уильямс, похоже, прочел выражение на моем лице и принялся расчищать один из них. Стул скрипнул под моим весом. В ягодицу впилась пружина.

– Простите, что тут все… так, – сказал он, пытаясь найти что-то в комнате. Отыскав стеклянную банку, он протер ее краем футболки. – Мистер Адэр не лучший начальник. А маме трудновато биться с погодой. – Он показал на солому, затыкавшую дыры в стенах, затем вышел на улицу и вернулся с полной банкой воды. Значит, водопровод рядом все-таки есть.

– Спасибо.

Пить из этой банки не хотелось, но он внимательно за мной наблюдал.

– Вы сегодня работаете?

Мистер Уильямс качнул головой:

– Не совсем.

– Это как?

Он вскинул босую ногу, приподнял штанину и показал мне шишку на икре.

– Давно вы так ходите? – Я хотела было ощупать ее, но он отпрянул.

– Да ерунда.

– А у врача были?

Я уже предполагала худшее – опухоль.

– Не нужен мне врач. – Мистер Уильямс насупился. – Просто больная нога, вот и все. В общем, мистер Адэр собрался нанять людей из фирмы, так что сегодня мне работать не надо.

– Так он что, вас уволил?

Его лицо вдруг смягчилось, словно одна роль сменилась другой.

– Ну вы и хитрюга, вам это говорили?

Я поставила банку на пол, расплескав воду.

– Так можно мне взять девочек или нет?

– Тише, тише.

Я попыталась снова взять спокойный тон.

– Если вам нужен дом, у меня есть идея. Возможно, я сумею устроить для вас жилье по социальной программе. Отсюда, видимо, вашу семью скоро выселят.

– Это еще что за новости?

– Вам могут выдать новенькую квартиру. Вы же получаете социальную помощь? За все заплатит правительство.

Он закинул ногу на ногу, задев меня носком.

– Какой только помощи у нас нет. Каждую неделю кто-нибудь приходит да предлагает помочь.

– Значит, шансы неплохие.

Я пошарила в сумке. Документы, которые дала миссис Ливингстон из агентства, были еще у меня.

– Просто распишитесь вот здесь. И мне понадобится имя вашей социальной работницы, она проследит за процессом.

Мистер Уильямс посмотрел на документы и перевел взгляд на меня.

– Она больше к нам не приходит. Видать, испугалась.

– Вы помните, как ее звали? Главное, подпишите, а с остальным я разберусь.