Уравнитель миров. Наваждение

– Не будем вдаваться в детали твоей сущности, глава, ответь, чем озолотишь, коли я избавлю вас от этого демона?

– Так это демон?

– В простонародье можно назвать и так, но я не уверен, дай мне проспаться, и завтра к вечеру я найду решение.

– Договорились! Плата только после результата, я не могу раскидываться монетами, но заплачу пятью серебряниками, если избавишь нас от этой участи, могу заплатить гривнами, коль угодно.

– Хех…ты еще и жадный. -утвердил, Ховал, и направился к выходу.

-Я не жадный, но расчетливый. – нахмурив брови ответил в спину Голан Савыч. – За ночлег, ества и прочий быт не переживай, я все скажу Олину! Можно тебя попросить не распространять то, что сегодня обсуждалось? Я не хочу лишней паники и заговоров в Борне…

Ховал остановился, и уже было набрал воздуха, чтобы сказать все, что о нем думает, но потом просто выдохнул наполненный смыслом воздух.

– Как пожелаешь, глава…

Наконец Ховал вернулся в таверну поднялся в комнатушку, которая находилась на втором этаже, и, скинув на стул плащ с легкими доспехами в кожаной облицовке, упал на кровать, и нога об ногу стянул сапоги.

– Господин Ховал, вы чего-нибудь желаете? Будете мыться? – раздался стук в дверь, и выглянула голова Олина, по поручению Голана Савыча он присматривал за гостем.

– Спасибо тебе, Олин. Завтра, все завтра…– тихо и медленно сказал путник, и хозяин таверны аккуратно прикрыл дверь.

В единственное окно лучи солнца пробились давно, но светить в глаза Ховалу начали только сейчас, он медленно приоткрыл глаза, и присел на кровати. Надев сапоги и спустившись, попросил Олина нагреть таз воды, чтобы помыться, и приготовить понравившуюся ему похлебку из картошки и грибов. Когда вода нагрелась, Олин вынес таз с водой с обратной стороны таверны, где была яма для отходов, спустя недолгое время Ховал спустился в полотенце на поясе и принялся к процедурам.

Вдруг дверь из таверны резко вышиблась, там стояла молодая, красивая девушка с русыми волосами, она опешила, и выпучив глаза выронила тазик с костями, которые остались со вчерашней ночи.

– Извините, господин, я не знала, что вы тут моетесь. – отвернувшись, сказала девушка, и принялась собирать обглоданные косточки на пороге.

– Я не господин, называй меня Ховал, а тебя как зовут? – опустился, и, не отрывая от нее глаз, помог подобрать кости.