Ад закрыт. Все ушли на фронт

Профессор гулко захохотал. Петя зябко повел плечами: рушился еще один важный для него стереотип.

– Удивляетесь? – отнесся именно к нему Франсуа. – А коммунист Жак Дорио, сын рабочего, давно хотел создать Народный фронт: всех левых объединить. Он и Сталину это предлагал. Как вы думаете, почему отказал Сталин?

Петя пожал плечами. Он уже ни в чем не был уверен.

– А потому, что коммунисты Франции – в основном сторонники Троцкого. Сталин боялся такого фронта… И тогда рабочий сын Дорио все равно создал левый Фронт, – и националистический, и социалистический одновременно… Такой… «бифштексовый».

Его тут же исключают из коммунистической партии. Ведь наша компартия – давно на содержании Коминтерна, то есть Советского Союза. Что в Москве скажут – то и сделает.

– С такими фашистами у вашей организации нет ничего общего! – уверенно тряхнул профессор полуседой гривой.

– Конечно, нет… Я просто объясняю молодым людям, до чего все не так просто в Прекрасной Франции.

– Так чего же вы хотели? Вы, именно вы? Ваша организация? – Вальтер даже подался вперед, он чуть не пронес кусок жаркого мимо рта.

– Мы хотели, чтобы правительство ушло… И передало власть нашим лидерам – таким, как граф де ла Рокк…

– Де ла Рокк? У нас писали, что он фашист и аристократ…

– И то и другое – чистейшая правда. Граф де ла Рокк – из старой титулованной семьи, его предки служили королям. Он не сделал потрясающей карьеры, дослужился до скромного чина подполковника… Но трудно описать, какой моральный авторитет он имеет.

И вы правы, он фашист, сторонник объединения нации, а не споров и ссор всех со всеми. Когда де ла Рокк позвал офицеров, тридцать тысяч человек стояли на площади перед резиденцией правительства, Бурбонским дворцом. Правительство заседало, депутаты толкали речи… А сами бросили на нас полицию. И мы ушли… Мы французы. Мы не хотели стрелять в других французов.

Франсуа усмехнулся. Усмешка получилась нехорошая.

– Вот, посмотрите… Этим мы остановили полицию…

Профессор жизнерадостно ухмылялся.

Вальтер взял тяжелую трость, осмотрел… Недоуменно пожав плечами, передал Пете. Петя тоже не очень понимал, как такой тростью можно остановить вооруженных людей. Он вернул трость Франсуа, сделал вопрошающее лицо.

– А вот…

Франсуа Селье нажал незаметную кнопочку, на конце трости выскочило изогнутое лезвие самого устрашающего вида.

– Такими бритвами стоящие впереди подрезали поджилки лошадей… Лошади падали, сбивали других, мешали добраться до нас.