Венецианский купец. Книга 6. Падение Твердыни

– Синьор Витале! – он попытался открыть рот, но я, почувствовав запах алкоголя, исходящий от него, не сдерживаясь, выпустил свой гнев. Мои первоначальные намерения поговорить с ним спокойно улетучились из-за душившей меня ярости, а также от того, что он пил, находясь на службе. Это было не позволено никому, и все об этом прекрасно знали.

– Ты кем себя возомнил, Карло?! Может быть, ты тайный герцог? Или король? Нет, погоди, ты, наверное, кардинал или вообще новый Папа?

Я поднялся со стула и с яростью на него посмотрел.

Он побледнел и отрицательно покачал головой, боясь поднять на меня голову.

– А если нет, то кто ты, чтобы ставить себя выше меня? – я с трудом проговаривал слова, поскольку сильнее всего мне хотелось сейчас вытащить меч, но воспоминания о походе, а также то, что парень на службе хорошо себя зарекомендовал, удерживали меня от немедленной расправы.

– Я по воле этой девушки испытал на себе все прелести церковного дознания, – я закатал рукава камзола, показывая ему тонкие полоски шрамов, которыми у меня были испещрены все пальцы и кисти, – я, а не ты.

И если я после всего этого разобрался и удостоверился в том, что бедную девочку просто использовали в своих гнусных целях другие члены рода, то кто ты такой, чтобы ставить под сомнение ее поведение? А, Карло?

Молодой человек молчал, и, боясь, что сделаю ему что-то плохое, я с трудом взял эмоции под контроль.

– Завтра тебе дадут расчет, я не хочу тебя больше видеть, – произнес я, отчего он вздрогнул, – живи в своей гордости сам.

Дом и другие подарки я не буду у тебя отнимать.

– Елена!

На мой возглас девушка тут же прибежала, испуганно переводя взгляд с меня, яростно тискающего рукоятку меча, на мужа, сидящего на коленях.

– Мы уходим, – объявил я ей, – ничего с собой не бери.

Она вздрогнула, но, опустив голову, встала рядом, помогая надеть плащ.

Когда мы вышли из дома, я обратился к молча подошедшему ко мне офицеру охраны.

– Синьор Виго, обеспечьте охрану для моей дочери. Пусть пять, нет, лучше десять человек всегда сопровождают ее.

– Слушаюсь, синьор Витале.

Душивший меня гнев стал понемногу отпускать, а когда мы сели в лодку и направились к дому Бадоэр, из кармана штанов, которые в этом мире были в единственном экземпляре, поскольку их тут как бы еще не изобрели, выпал свиток.

– Синьор Витале, – Елена подхватила его, чтобы не намок, и вернула мне пергамент.