Одержимый. Драконоборец Империи

И пусть задержали всего лишь на краткий миг, да только он оказался роковым. Ибо его хватило остальным гвардейцам, чтоб опомниться и всем скопом навалиться на меня…

Через несколько минут все было кончено. Я вновь был пленен и воздет на ноги. И мог лишь с ненавистью сверкать глазами, глядя на Ральфа, беззаботно потягивающего из бокала вино. Вырваться ведь не удавалось. Крепко держали.

– Стайни, остынь, – поморщившись, презрительно бросил виконт Жалье, видя, что я никак не оставляю попыток вырваться и добраться до него.

А затем взял да резко плеснул из бокала вином мне в лицо.

Я замер, ошеломленный хамской выходкой Ральфа. Который, похоже, совсем потерял берега. Что отметил и задумчиво почесавший рог бес, сказав:

«Кажется, кому-то жить совсем надоело…»

И в кои-то веки я был полностью, абсолютно согласен с нечистью. Ведь унизительное ощущение стекающей по лицу влаги немедля вновь заставило меня взалкать чьей-то крови.

От неминуемой и беспощадной кары Ральфа спасли восемь графских гвардейцев. Которые совместными усилиями удержали меня на месте. И не дали еще до одного ничтожества добраться и башку ему разнести. К превеликому моему сожалению.

– Нет, решительно рано выпустили тебя в свет, ди Стайни, – с сочувствием глядя на меня, констатировал виконт. – Даже мужицкие замашки из тебя вытравить не успели. – И снисходительно заметил: – Благородные сэры ведь кулаками не машут, равно какие-то ничтожные смерды.

– Ах, вот как? – прохрипел я, почти удушенный схватившими меня со всех сторон гвардейцами. И, исходя безудержной яростью, туманящей разум и взгляд, немедля прорычал: – Тогда дуэль!

– И конечно же по-соплячьи, до первой крови? – снисходительно улыбнувшись, зевнул Ральф. – Да еще когда-нибудь через пару лет?

– Нет, до смерти! И немедленно! – кровожадно оскалился я в ответ.

– Отлично, я принимаю твой вызов, ди Стайни! – резко оживившись, выпалил Ральф. И тут же начал, пользуясь правом вызываемого, условия поединка излагать: – Оружие – рапиры и кинжалы, защиты – нет. Бьемся через положенные законом три дня на арене Броссури. И…

– Виконт Жалье, немедленно прекратите это безобразие! Слышите?! – перебил его добравшийся в этот момент к месту событий изрядно запыхавшийся граф Терфо, из-за спины которого выглядывала его испуганная дочь.