Сотник из будущего. Южный рубеж

Настроение как-то само собой поднялось, и командир озвучил единственно возможный и реальный в их случае план. Следовало разбиться на две пары, и каждой пройти вверх и вниз по течению, внимательно осматривая все прибрежные заросли. Оставалась только надежда найти какое-нибудь средство переправы и вот эту-то надежду, им и следовало использовать.

Родьке с Севой досталось подниматься вверх по течению особо «не отсвечивая», и они, таясь, кустами пробирались вдоль своего обрывистого берега.

– А если бы плот покрепче связать, Сев, неужто бы мы сюда не доплыли тихонько, из самой что ни на есть усадьбы сплавом? – фантазировал в слух Родион.

– Ага! При такой-то быстрине и порогах вверху?! Да нас бы враз разметало на стремнине или бы о корягу так долбануло, что вообще ни один на берег не выплыл, – охладил его мечты более взрослый и опытный Севастьян, – Даже сейчас тут, где внизу по реке течение спокойней, и то на плоту будет сложно выплыть. Да и строить его только из сушняка можно, а это пару дней точно займёт, а то и более, причём с учётом того, что всю нашу одежду на верёвки пришлось бы порезать для увязки.

Родька кивнул, соглашаясь, и вдруг его глаза, обшаривающие небольшую прибрежную бухточку с водоворотом, зацепились за какой-то тёмный предмет, что лежал в корнях большого и раскидистого дерева. Он подошёл поближе и остолбенел! У подмытого рекой берега, под корнями нависшего дерева, закиданного ветками и листвой, виднелась часть днища однодревка или долблёнки, как её ещё называют.

– Сева, сюда иди! – не сдержавшись, громко вскрикнул разведчик.

– Вот ты везу-учий, же Родька! – протянул напарник, разглядывая плоскодонную, вытесанную из единого ствола посудину, – Локтей десять пожалуй, в длину будет. Старая, конечно, и рассохлась порядком, но думаю, что починить, да проконопатить её вполне можно. Нам для переправы самое то, пойдёт! Ты давай-ка, счастливчик, дуй за нашими, а я тут пока смолы поищу да начну её чинить, чтобы зря время не терять – и Родька что есть духу понёсся за второй парой, что осматривала нижний участок реки.

– Вот не зря я у командира под Крестцами тебя выпросил! В первый же день как вас у Бондаря отбили, я понял, что годный ты для дозорной службы человек будешь, – хвалил глазастого охотника Варун, всегда такой скупой на похвалу.

Всё звено уже третий час занималось ремонтом долблёнки. Видно, пролежала она тут не один и не два года.