Лаба, Улла и Нева

Само же домино, эксклюзивное, выплавленное из дюралюминия в огне литейного цеха Кировского завода, было временным пропуском в мир, где наша жизнь не похожа ни на какую другую.

И не важно, что после пары часов игры руки становились черными, возможность быть особенным стоила дороже.

Взаимное гарантированное уничтожение

Во влажном климате Сиверской всегда было раздолье комарам, но только когда долгие моросящие дожди погружали весь мир в беспросветную сырость, прилетали караморы, огромные комары.

Мы с сестрой были убеждены, что достаточно одного укуса этого монстра, чтобы заболеть малярией и умереть.

Присутствие такого комара на веранде создавало звенящую тишину. Любой разговор глох, все глаза были устремлены лишь на этого ангела смерти. Сам же виновник старался забиться в темный угол, грациозно перепрыгивая с одного стекла на другое.

Он знал о том, насколько хрупка его красота. Мы помнили о своей теоретической смертности.

Безопасная дистанция была единственной вещью, о которой думали все.

Этот танец смерти продолжался до тех пор, пока комар-долгоножка не находил способ покинуть веранду.

Объект 77-Б

«Пустышка»[10 - Объект 77-Б, он же пустышка, представлял собой два металлических диска, пространство между которыми ничем (кроме воздуха) не заполнено, но которые при этом сохраняют взаимное расположение при произвольных нагрузках. Назначение артефакта выяснить не удалось.] действительно штука загадочная и какая-то невразумительная, что ли.

А. и Б. Стругацкие, «Пикник на обочине»

Большую часть ночей своего детства я провел на раскладном кресле-кровати. В собранном виде оно занимало мало места, могло заменить стул и отлично входило в трехтонный контейнер при переездах. Поэтому можно представить мой восторг, когда бабушка сказала, что я буду спать на настоящей железной кровати.

Эта кровать не была похожа на своих сестер из солдатских казарм, она не создавалась для массовых армий и фронтальных войн.

Нет, ее приголовную стойку украшал растительный узор, а все железные прутики изящно заканчивались небольшими сферическими заглушками. Большой полированный металлический шар венчал каждую из ее четырех ножек, придавая кровати слегка помпезный вид.

Эти шары легко откручивались. Тяжелые, холодные даже летом, они были столь же совершенны, сколь и бесполезны. Как оказалось, избыточность их существования чувствовал не только я.