За стеной сна

Там было арестовано ещё несколько человек – и снова не они интересовали Вадима. Он хотел узнать, а насколько близко к тем местам бывал Писаренко.

И вскоре он нашёл. Где-то за две улицы до места, где скрывалась типография, находилось студенческое общежитие. Там Писаренко провёл несколько лет своей жизни.

Конечно, уже можно было предположить, что эти двум людям доводилось встречаться там хотя бы на улицах. Однако для реальной работы этого было совсем мало. И затем Рогов вспомнил тот одинаковый голос из морока в сквере, что порицал и работу с литературой, и с наукой.

Как он похож был ещё на один голос – который Вадиму довелось услышать через тени рядом с Гансом Райеном.

Он снова посмотрел на карту. На ещё одной улице рядом с разоблачённой типографией находилась школа немецкого языка.

Задумавшись, Вадим постучал по разложенной на столе карте. Тут в кабинет кто-то вошёл, Рогов резко повернулся. Рядом стоял Митя Загладин.

Лейтенанты обменялись приветствия.

– А ты у нас, что ли, географом заделался? – полушутя спросил Загладин.

– Почти. Сам будто не знаешь, приходится иногда и карты раскрывать, – также не слишком всерьёз ответил и Вадим.

Митя же взглянул на карту, увидел школу немецкого языка, что карандашом обвёл Вадим.

– Знакомое местечко, интересное.

– А что там такого? – заинтересовался Вадим.

– Да вроде бы всё чин по чину. Честно учат языку и, надо сказать, неплохо учат. Но порой они устраивают встречи для учеников с разными приезжими немцами. И туда приезжал уже не только их посол.

Мы биографии этих гостей шерстили. Будто бы всё в порядке. Но впечатление все равно оставляет странное. А ты накопал на них чего-нибудь?

Вадиму не хотелось рассказывать о своих догадках через тени. Поэтому шуточно приподнял обе руки, будто сдаваясь:

– Куда уж мне. Просто также показались кое-какие вещи странными. Но да ладно. Потом проверяю. Пора мне на съезд отправляться. И так ведь уже первых зануд пропустил.

Оба лейтенанта рассмеялись да разошлись.

Вадим вышел на улицу.

Посмотрел на свои ботинки, те блестели от недавней чистки. Молодой следователь был в гражданском, весь и правда собирался заглянуть на съезд писателей. Однако теперь он задумался, почесал затылок, да и отправился к той немецкой школе.

Тридцать минут толкотни да тряски в трамвае. Потом быстрая ходьба туда-сюда по незнакомым улочкам съела ещё минут десять. И, наконец, Вадим увидел то, что искал. Старый двухэтажный дом, вывеска на немецком и русском языках.