История моего стыда

Я все ещё ломал голову, чем хочу заниматься после окончания колледжа. Будущее казалось мне неопределенным, но однозначно светлым.

Я не могу сказать, что приобрел много друзей за учебные годы. Скорее, как и в школе, не нажил врагов. Багаж знаний был ограничен, набор близких – еще меньше, а копилка так и вообще пустовала.

Сразу после отъезда Марии я подружился с еще одним преподавателем – это был неприметный на первый взгляд физкультурник. Именно с ним мы грузили вещи Маши, помогая ей с переездом в Москву, и после того, как я в последний раз помахал девушке в мутное стекло вагона, мы остались одни на перроне.

– Хорошая она девушка, просто не повезло по жизни… – задумчиво сказал мой новый знакомый, Юрий Михайлович.

– Я думаю, там ей будет значительно лучше, она заслуживает счастья и успеха, – выдавил я, стараясь прогнать предательские слезы.

– Пошли, обсудим все это, раз уж сегодня такой день, – предложил мужчина, видимо подметив мое состояние.

Так я впервые оказался в его доме на окраине города. Дом был не новый, но везде чувствовалась рука хозяина: крепкий забор, ухоженное крыльцо, просторный гараж с наваренными полочками по бокам. Именно туда он повел меня в первую очередь. Гараж представлял собой не столько помещение для хранения машины, сколько место памяти: вдоль всей стены были развешаны медали, расставлены кубки и приклеены фотографии.

– Да вы добились приличных успехов! – не очень искреннее воскликнул я.

– Да-да, я погремел в свое время и отдал боксу много лет жизни. Мастер спорта, весь Союз объездил с выступлениями!

– А почему завязали?

– Травмы, да и не всю жизнь же мешки колотить… Ты же знаешь, я до сих пор веду секцию, учу детей, как постоять за себя в драке, а ещё лучше – как её избежать.

К своему стыду, я вовсе не знал ни о спортивном прошлом, ни о тренерском настоящем дядя Юры – так он попросил себя называть.

– Да что эти блестяшки рассматривать, я тебе совсем не то хотел показать. Вот, смотри, – он подвел меня к фотографии в углу.

С фото на меня смотрел помолодевший дядя Юра, а ещё совсем юная девушка лет шестнадцати с медалью в руках и озорной улыбкой победителя.

– Маша, – пораженно произнес я.

– Она самая, – гордо ответил тренер.