Связанные одной клятвой

Гашир вертел головой, побег Мины он воспринял как вызов и искренне не понимал, почему мы не поддержали ее игру в догонялки.

Да потому что некого мне догонять.

Гашир вцепился зубами в мою куртку, потянул в сторону тропинки, но я ослабил хватку, оставив пушистого друга ни с чем. Точнее только с моей курткой в руках.

– Ждут ее там, ты не слышал?! – сорвал свою злость на верном товарище.

Кир прижал уши от обиды и даже выплюнул обратно свою добычу. Демонстративно отошел на несколько метров, уселся, обвив своим хвостом лапы.

Куртку я поднял, кое-как отряхнул и вернулся в избу. Из-за открытой настежь двери дом успел немного остыть, но даже этого оказалось мало, чтобы избавиться от напоминаний о ней. Каждая мелочь кричала об этом. Будь-то сахарница, оставленная не на своем месте, отодвинутый стул, которым уже много лет и не пользовался никто. Но что хуже всего, это ее запах, который впитался в сами стены и заправленная постель.

Заправила… Я бы на такие глупости свое утро не тратил.

Не обращая внимания на одежду и не удосужившись снять обувь, я лег на кровать, откинувшись на мягкие подушки. Даже они теперь пахнут яблоками, и чем-то цитрусовым… Этот аромат мешал думать о чем-либо другом, кроме своей хозяйки.

Перевернулся на бок и свесился с кровати, в аккурат, чтобы достать достать до верхнего ящика тумбочки. Здесь, среди кладбища разряженных амулетов, лежала аккуратная стопка писем, перевязанная простой бечевкой.

Первое время мы пытались созваниваться. В любую непогоду я пробирался до станции, где худо-бедно ловила магсеть, она выискивала свободную минутку между рабочими сменами, ждала моего звонка, пока не падала от усталости. Трудно вспомнить, кто первый предложил писать письма. Это стерлось из памяти, как и многое другое.

Вытащил наугад. Местами бумага покрылась желтыми пятнами, а аккуратные буквы Мины отправились в самостоятельное плавание. Наверное, письмо успело намокнуть, или я не доглядел. Так или иначе, мне это ничуть не мешало. Казалось, я каждое помнил наизусть.

… Надоели глупые просьбы этого нового начальника-самодура.