Связанные одной клятвой

– Зачем?

– Чтобы не ходить по школе, как…

Я не дала ему продолжить, оборвала на полуслове:

– Зачем помогаешь?

– Не знаю, – честно признался он, даже пожал плечами, подтверждая свои слова. – И колготки сними, – добавил он, когда свитер уже оказался на моей талии.

– Отвернись, – щеки покраснели, а язык чуть не приклеился к небу. Даррен в ответ фыркнул, но отвернулся.

– Давай сюда, – Эмерсон выудил из своего рюкзака перочинный ножик и как ни в чем не бывало покромсал мои колготки. Ох, влетит от мамы… – Вот, будут гольфы!

Отрезав перочинным ножом мокрую часть, да еще и с разноцветными потеками, он еще долго равнял их.

– Дай сюда, – я выхватила из его рук нож и то, что осталось от моих колготок. – Сейчас и носки не из чего сделать будет такими стараниями.

Общими усилиями вышли неплохие белые гольфы с пушистой кромкой по краю.

– Спасибо, а это тебе, – возвращая соседу нож, вспомнила про коробку с маффинами.

– Круто, отравленные? – вопрос Даррен застиг меня врасплох, я и не ожидала от кого-либо такого полного единодушия.

– Нет, конечно.

Я думала, Даррен возьмет парочку, но он не стал ограничиваться такими мелочами и взял из моих рук целую коробку. Сунул подмышку и шаркающей походкой пошел к двери.

– Ты идешь? – обернулся он ко мне.

– Куда?

– В столовую.

Глава 5

– Проходи, располагайся, чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях. Чай? Или ты торопишься?

Намек был более чем прозрачен, но я и не ожидала ничего другого от этого мужлана, а тут в одиночестве он, видимо, совсем одичал.

Отбросив все стеснения прочь, я невозмутимо зашла вслед за хозяином в дом. Если так можно назвать эту берлогу.

– Совершенно не тороплюсь, я тут надолго. На неделю минимум. Мне нужно выборочно обойти четыре квадранта леса и перепроверить все данные реестра. Ты как помощник смотрителя обязан меня сопровождать, между прочим.

Слова вырвались сами… А я ведь планировала совершенно другое. Подумала, что так сразу, с наскока, не стоит вспоминать ту историю, из-за которой я здесь.

Между делом, при удобном случае я намекну Даррену, что меня нужно освободить от клятвы, данной в критической для жизни ситуации. Да он наверное и не помнит, что тогда мы друг другу наговорили.

Я по крайней мере и вспоминать не хочу. Подсознание человека – удивительная штука. Моя память быстро распрощалась с болезненными воспоминаниями, и дело не только в Эмерсоне, конечно.