Клеопатра

На небе с востока, словно хищная птица, стремительно летела пепельного цвета туча, и с одного её крыла уже где-то недалеко полоскал дождь.

– Молю тебя Зевс пошли гром и молнии и успокой этих плясунов, – брюзжал грек, выражая своё недовольство атмосферой, царящей на царском корабле. – Постижение наук не терпит такого шума. Как можно говорить о великом, слыша эти пьяные визги, и видеть шатающихся по палубе безумных людей? – лицо старика было похоже на почерневший финик.

– Будь терпимее, милый учитель.

– И все же я выражу свое недовольство царю. Это мешает нашим урокам, – продолжал горячиться грек.

– Вы только посмотрите на этого дурака, зачем он туда полез? – воскликнул вдруг преподаватель по математике и личный секретарь дочки царя Диомед, указывая на одного изрядно выпившего придворного, который, чтобы продемонстрировать свою удаль под смех двух дам, карабкался на борт корабля.

Пьяный молодой человек, отчаянно бултыхаясь, истошно вопил о помощи. Но всё было тщетно. Ничего, кроме праздного любопытства, его крики не вызывали. На него смотрели, показывали руками, его обсуждали, как что-то уже совершенно не нужное и бесполезное.

– Что двигало этим несчастным? Обыкновенная глупость! Теперь либо его раздавят идущие за нами корабли, либо он утонет, обессилев, – заключил Диомед.

– Меня возмущает ваше безразличие? Необходимо его спасти! – решительно заявила Клеопатра своим учителям.

Те недоуменно переглянулись между собой, на их лицах читалась глубокая растерянность. Никогда они еще не слышали таких жестких, повелительных ноток в голосе у своей воспитанницы.

– Мы же сами не прыгнем за ним в воду, – несмело пискнул Диомед. – Я не умею плавать.

– Госпожа, плавание тоже никогда не было моей сильной стороной, – сконфуженно молвил Ксанфий.

– Мой учитель боится запутаться в бороде и что она потянет его ко дну? – съязвила Клеопатра. – Не надо оправданий! Я приказываю спасти этого человека, – твердо настаивала на своем девочка.

Ксанфий без лишних слов бросился к капитанскому мостику. За ним побежали несколько воспитателей дочки фараона. Там отчаянно жестикулируя, они вступили в перепалку с капитаном.