Клеопатра

В зале снова воцарилась тишина, которая затем взорвалась овациями уже в честь нового, настоящего победителя Луция Септимия, который сумел после сокрушительного удара Архандра оправиться и перерезать уже праздновавшему победу нубийцу ахилловы сухожилия.

– Подло, – прошептал удрученно Птолемей. Он изобразил на лице жалкую улыбку и подозвал распорядителя торжеств.

– Отец, что теперь будет с Архандром? – прошептала пораженная увиденным Клеопатра.

– Мне сейчас не до него, – буркнул Птолемей.

– Позволь моим слугам о нем позаботиться, – попросила дочь отца.

– Он опозорил царский дом и должен за это ответить.

– Ты же все видел. Архандр победил этого римлянина, но тот проявил коварство.

– Рано радовался дурак.

Птолемей был зол. Но потом вдруг неожиданно смягчился:

– Поступай, как знаешь. Я не возражаю.

Возле Луция Септимия тем временем столпились слуги и гости, они поздравляли и помогали римлянину, которому тоже здорово досталось: лицо его было изрядно помято, а один глаз спрятался под пунцовой набухшей тучей.

После церемонии награждения победителя государь покинул пир вместе со своими советниками, вслед за ним удалилась и Клеопатра, а торжества, несмотря на известные кровавые события, продолжились.

– Стоило ли так рисковать из-за этой дрянной ржавой штуки? – недоуменно молвил Публий Тулий Туск, рассматривая старый клинок, тыльник которого был выполнен в форме женской головы с развевающимися волосами.

– Мой друг, ты показал всем этим презренным людям настоящую силу Рима.

Я горжусь тобой! – выпалил, не скрывая своего восхищения, Квинтус Марций Аттиан.

– Отдам должное своему противнику, если бы он еще раз заехал мне по голове, думаю с вами я бы уже не находился, – мрачно усмехнулся Луций. – Где этот здоровяк?

– Его выволокли отсюда, словно ненужную вещь, – засмеялся Квинтус. – Выпьем за победителя. За Луция Септимия! – римляне подняли наполненные кубки.

Тем временем артисты сменяли друг друга, и одним из следующих номеров было великолепное театральное представление, посвященное богу Осирису.

Используя бутафорские предметы, артисты, несколько девушек и юношей, красочно изобразили жизнь, смерть, погребение, и под всеобщее ликование присутствующих воскрешение и расправу над своими врагами великого бога. Представление называлось «Страсти Осириса». Особенно трогательной была сцена, в которой любящая супруга Осириса, богиня Исида собирала куски его расчленённого тела, разбросанного по всему Египту.