Жаркое лето – 2010

 – Это, ведь, ваши машины припаркованы возле крыльца?

– Наши, паренёк, наши, – душевно заверил рыжеусый верзила. – И про доблесть пожарную ты, земеля, насквозь прав. Сразу видно, что наш человек, типа – с правильными понятиями…. Так как, девицей-то поделишься с братвой усталой? Стройная такая девочка, шустрая и вертлявая. Этакие крали, они на многое способны…. С ближними, родной, делиться надо! Чтобы всё было по-божески, так сказать, по справедливости демократической…. Гы-гы-гы!

Дождавшись, когда дружный и сальный гогот стихнет, Гарик вразвалочку подошёл к одной из стен кабачка и стал поочерёдно снимать с неё подковы.

– Ой, блин! Прекращай! Больно же! Ой! – раздались дружные и болезненные вскрики-вопли.

Наконец, оставив подковы в покое, Гарик правой ладонью ловко подхватил тяжёлый дубовый табурет и, высоко подняв его над головой, вежливо предложил – скучающе-серым голосом:

– Даю вам ровно две с половиной минуты. Оставили на столе деньги. Встали и вышли вон. Расселись по машинам, завели моторы и уехали. Поймаю – убью. Время пошло…

– Уходим, Ржавый! Быстрее! – испуганно всхрапнул-выдохнул один из мужичков. – Уходим! У него же глаза – совершенно-белые! Такой убьёт, и не поморщится…

Уже через полторы минуты громко хлопнула входная дверь, вскоре донёсся шум спешно отъезжавших пожарных машин.

– А ты, оказывается, бешеный, – задумчиво подытожила Алевтина. – То бишь, без внутреннего ограничителя-якоря…

– Есть такое дело, не спорю, – согласился Гарик и тут же, спохватившись, уточнил: – Это со мной очень редко случается, только когда сталкиваюсь с откровенным свинством и скотством. А так-то я совершенно нормальный.

– Верю, конечно же, – по-доброму улыбнулась девушка. – Кстати, а почему ты дал этим полупьяным уродам именно две с половиной минуты?

– За две, бедолаги, могли и не успеть…. Кушать-то будем? Присаживайся за этот столик. Я же пойду – сделаю заказ. Хозяева забегаловки – после недавнего инцидента с подковами и табуреткой – наверняка, попрятались по чуланам и подсобкам.