Поцелуй сверхновой

достоинства?

Я покраснела и округлила глаза, удивившись его словам, переводила осоловевший взгляд с его лица на хвост и обратно. Крестен опять начал смеяться.

– Нет, это не одно и то же, не пугайся. Но хвосты, и правда, есть только у мужчин-сахелогардцев. В нем множество нервных окончаний, благодаря которым восприятие внешнего мира усиливается, чувства обостряются.

Из воспоминаний о первом дне нашего нового знакомства меня вывел поглаживающий мои бедра хвост. Этот проныра своим кончиком начал пробираться к моему самому сокровенному местечку, а его хозяин, уже проснувшись, с хитрым прищуром наблюдал за моей реакцией.

Мое разнеженное ото сна тело тут же сдалось на милость захватчику. Я только мурлыкала от удовольствия, принимая ласки.

– Амантэ, невероятная моя, какая же ты сладкая, ты сама не представляешь, – Крестен навалился сверху, одним движением проникая в меня.

Все тревожные мысли отошли на второй план под натиском его губ и рук. Тем временем его наглый хвост, который каким-то образом оказался под моими ягодицами, стремился попасть в мою попу.

– Аврора, расслабься тебе это всегда нравилось, ты просто забыла. Но, хорошо, сейчас не будем.

Крестен просто обвил меня хвостом и руками, сжимая в объятьях, покрывая лицо и шею поцелуями и увеличивая темп. По комнате разносились мои все учащающиеся стоны и его хриплое дыхание. Пока наконец я не выгнулась от нахлынувшего на меня удовольствия, отключившись на несколько мгновений и выпав из реальности.

Мы еще немного полежали, пока специальный сигнал не известил нас, что завтрак готов.

– Встаем, моя сладкая?

– Да, конечно. Ой, – у меня сильно кольнуло в боку, я аж согнулась пополам при попытке встать.

– Что случилось?

– Да ничего страшного, просто в боку закололо, – сказала я, медленно присаживаясь на край кровати.

– Так, лежи не двигайся, я сейчас подкачу сюда медкапсулу.

– Все хорошо, не переживай, – поспешила я отговорить упрямца, но обнаженная спина Крестена уже исчезла за автоматически закрывающейся дверью.

Через минуту я была аккуратно погружена в капсулу, при одном взгляде на которую на ум опять пришли образы переливающейся морской раковины. Что-то до боли знакомое, но ускользающее из моих пальцев стоит только нащупать связующую нить.

Но тут снова заболела голова.