Небо цвета ее глаз

Порой отец слишком часто напоминал мне о моей впечатлительности, однако, замечал, что из всех моих слабохарактерных качеств именно это помогало мне оставаться человечным, на сколько это было возможным в его понимании. Переступая через гордость и призрение к нему и себе, я соглашался, не произнося ни слова. Слишком часто мое молчание означало борьбу и соглашение.

И проходя поворот за поворотом, рассматривая кабинеты сотрудников, мы шли дальше к главной цели.

– Стой! – прошептал Гейб, останавливая меня. – Там кто-то есть…

Дыхание перехватило.

Я начал судорожно думать и смотреть на часы. Где я ошибся?! Никого не должно быть на этой стороне еще минут пять. Нужно срочно вспоминать кто из постовых сейчас может обходить левое крыло. И как назло ближайшее укрытие совсем не близко!

– Придется сворачивать… – сказал я, немного повысив голос.

– Тихо. – нервно прошептал Гейб.

– Эй! Кто там? – раздался недалеко молодой мужской голос.

Это конец. Шаги все ближе. Свет от фонаря проскальзывает по нашим ногам.

Гейб готов замахнуться. Раз… два…

– А… это вы. – произносит парень в форме.

Мы замерли в растерянности. Гейб медленно опустил руку.

– Будьте тише, пару человек уже услышали вас. Сейчас они не в сознании, но, когда придут, будут бить тревогу. Поэтому нам нужно будет уйти до этого.

– Да ты кто вообще такой?! – спросил я незнакомца, который был с нами заодно, по невообразимой причине.

– Очень смешно. Мы работаем на одного и того же человека, поэтому живо идите и выполняйте свою работу!

Мы с Гейбом двинулись в сторону, в которую указал нам парень, что похож больше на видение, нежели на человека, неизвестно откуда появившегося и одной фразой убившего все наше понимание происходящего.

Он был вестником, но нам было не понять его, этот вестник был предназначен не для нас.

Был страх, что это ловушка. Но времени и вправду не было, даже правильно оценить настоящие риски настоящего времени. Тем более мы знали, что именно там был центральный кабинет главного предпринимателя производственной компании; нам ничего не оставалось.

Идти уже было некуда.

– Это тот охранник, про которого я рассказывал. – прошептал Гейб, доставая отмычки и выворачивая замок высокой, оббитой черным материалом, двери.

– Как такое могло произойти, что прошерстив всю информацию об охране я ничего не видел о нем? И с какой стати он помогает? С ним придется делить сумму? – забрасываю я Гейба, даже не половиной вопросов, что меня волновали.