Небо цвета ее глаз

И не преувеличивая, я принимаю то, что все мне в тягость. У меня нет желания беззаботно резвиться в озере, однако отведя взгляд от намокшей головы Оливии, купающейся вдалеке, я огорченно понял, что даже воздух, который я поглощал, был будто бы пропитан каплями тревожности, что следует за грузом, оставленным словами отца. Переступать через плохое настроение в этот миг мне кажется подвигом, к которому я не готов.

Однако, виду я не подавал, и со стороны выглядел скорее, как человек летающий в своих рассеянных мыслях, нежели как человек просто скверного настроения.

– Оливия… Оливия, где ты…!

Протяжно спросил я, потому что потерял ее из виду.

– Иду, я здесь! – прокричала она мне где-то отдаленно, из-за высоких деревьев и кустарников.

Через короткое время она уже стояла, облокачиваясь на крепкое дерево, создающее единственную тень на этом маленьком озере.

Мне было лет двенадцать, когда я нашел это восхитительное место. И как-то раз сбегая из дома, точно так же, как и та, кого я ругаю за эти проделки, сломя голову побежал в лес.

Один раз собираясь сюда снова, маленькая, капризная, пятилетняя девочка устроила непрерывные слезы, что остановить можно было только взяв ее туда, куда с ней не шли. Пришлось тащить Оливию через весь лес, до этого чудного места.

Сколько бы лет не прошло, мы прибывали здесь регулярно. Озеро перестало быть тайным, а точнее позже мы узнали, что оно никогда им и не являлось. Со временем стали приходить люди, купаться, рыбачить… и детство кончилось.

Через несколько минут из-за веток вышла Оливия. На ее мокрые плечи свисали русые, потемневшие от воды, волосы. Завернутая в полотенце, что взяла при выходе из дома, она совершенно спокойно стояла передо мной, мягко, но устремленно направив взгляд.

– Я готова искупаться еще раз, – произнесла она, наивно улыбаясь с горящими глазами.

– Нет, я… – на секунду я растерялся, ее отсутствию стеснения, – …в общем, одевайся, нам пора идти. Скоро вернутся твои родители, мы должны быть дома.

– Родители не будут сердиться, если не застанут нас дома, я же с тобой.