Снега, снега

Справа от центрального входа была установлена широкая скамья, на которой, ссутулившись и слегка раскачиваясь из стороны в сторону, располагался Облом. Рядом со скамейкой – с лазерным пистолетом в правой ладони – стоял уже знакомый старший Ангел.

«Классные «пушки» у Ангелов, – подумалось. – Если предохранитель «отщёлкнуть» в крайнее положение, то луч, выпущенный из такого пистолета, разрезает человека напополам. Можно, при желании, тело противника и в тоненькую лапшу нашинковать… При переводе же чёрного рычажка в срединное положение, поражающая сила лазерного луча уменьшается в разы.

Он только лишает оппонента – минут на сорок-пятьдесят – сознания, что очень удобно при проведении различных полицейских операций… Начальное положение предохранителя? В этом случае выпущенный луч «превращает» выбранного индивидуума – на пару-тройку часов – в безвольного и покорного идиота. Третий вариант, скорее всего, применяется при «мягких» разгонах демонстраций, митингов и прочих несанкционированных сборищ… Так что, Облому ещё повезло. Легко отделался, бродяга славянский…»

– Привет! – дежурно отметился Лёха, небрежно демонстрируя светло-жёлтую бляху.

– Видались, – высокомерно поморщился старший Ангел. – Значит, отпустили?

– Как видишь. Епископ – справедливый и думающий человек.

– Это – да. Не спорю.

– Правильно. Не стоит – лишний раз – ругать собственное начальство. Особенно, когда находишься перед следящими видеокамерами.

– Юморист ты, переселенец. Сразу видно, что в своём Мире, елочки зелёные, имел к армии самое непосредственное отношение.

– Имел. К чему скрывать? А с этим мордастым гавриком что приключилось? – Лёха небрежно ткнул пальцем в скучающего Облома. – Нагрубил кому-то?

– А ты сам у него спроси, – разрешил Ангел. – Ему лучом только слегка досталось. Вскользь.

– Ответит?

– Щёлкни – для начала разговора – ему пару раз по длинному носу.

– Шутка такая, ангельская насквозь?

– Делать мне больше нечего, служивый. Щёлкай, не сомневайся…

Лёха, пожав плечами, последовал совету старшего Ангела.

– А, что? Куда? В карцер? – вздрогнув, испуганно заморгал реденькими ресницами Облом.

– Успокойся, братан. Это всего лишь я.

– Лёха?

– Угадал. Что случилось-то?

– Виноват я, вспылил. Понимаешь, на занятиях по католической этике разбирали мой рассказ. Ну, о том, как я попал в этот Мир. Про то, как убегая от свирепого смилодона, прыгнул в старинный колодец… Помнишь?

– Помню, – подтвердил Лёха. – Ты как-то рассказывал.