Утренний хоббит

Я возражала, убеждала, что мой Томас не такой…. А господин Аматов уверял, что если человек может сутками дуться в компьютерные игры, значит, он и рулеткой заинтересуется – до потери пульса…. Я и согласилась, дав Аматову на поиски трое суток. А вчера вечером он сам мне позвонил, сказал, что никаких следов Томаса его люди не отыскали, посоветовал обратиться в полицию…, – старушка снова заплакала.

Ещё через сорок минут Фрау Моргенштерн написала заявление по стандартной форме и собралась уходить.

– Мы вас будем держать в курсе! – дежурно пообещал Ганс, задумчиво лохматя свою рыжую шевелюру.

Рабочий день, мелькнув калейдоскопом разных неприметных и сереньких событий, завершился. Инспектор Г. Пушениг и инспектор М. Пушениг, не сговариваясь, встретились на служебной автостоянке.

– Домой? – робко спросил Ганс.

– Ну, если ты хочешь поговорить об исчезновении Томаса Моргенштерна…, – хитро прищурилась Магда. – Если, конечно же, хочешь…. Так хочешь, или как, тормоз неприкаянный?

– Хочу, очень! – поспешил ответить Ганс, чувствуя, как его губы – сами по себе – расплываются в дурацкой счастливой улыбке.

– Тогда чего стоишь? Поехали, увалень рыжий…

Светло-голубой «Опель», а следом за ним ярко-красная «Хонда» остановились перед старым кирпичным домом, на крохотной асфальтовой площадке, покрытой частой сетью мельчайших трещинок.

Дом, в котором – на этот раз – чета Пушенигов снимала апартаменты, располагался в деревне Круппендорф, ближайшем пригороде Клагенфурта, на берегу знаменитого австрийского озера Вёртерзее.

– Ты хочешь кушать? – заботливо поинтересовалась Магда. – Хотя, что я спрашиваю? Ты же есть хочешь всегда, прямо как китайский шарпей!

– Я могу и потерпеть, – покладисто проинформировал Ганс и прозорливо предположил: – Предлагаешь сперва немного прогуляться? Поговорить о пропавшем Томасе?

– Настоятельно предлагаю! – уточнила Магда.

Они, обнявшись – насколько это позволяла разница в росте – медленно шли по широкой песчаной аллее. С одной стороны дорожка была ограничена низкой каменной оградой-парапетом, тянувшейся вдоль озёрного берега, с другой – полосой аккуратно подстриженного кустарника.

– Очень красиво, просто чудо, как хорошо! – вздохнула Магда, после чего незамедлительно перешла к делу: – Что у нас с аэропортами?

– Томас Моргенштерн в Канаду не улетал.