Утренний хоббит

«Беспилотные самолёты, оснащённые мощными телекамерами», – тихой мышкой пробежала в голове очередная крамольная мысль.

– Мари! А что это за серебристые точки? – спросил Томас. – Ну, те, которые висят прямо над нашими головами?

Девушка несколько минут усердно вглядывалась в небо, а потом сообщила:

– Знаешь, милый, но я ничего не вижу! Нет там никаких серебристых точек, только белые облака. Пухлые такие, важные…

– Конечно же, нет точек! – авторитетно подтвердил Кот. – А острота зрения у меня – дай Бог каждому! Это у тебя, командир, полнокровие, не иначе….

Жирного и мучного, наверное, чрезмерно много ешь перед сном. Сидра глотни, и всё пройдёт.

«Это точно!», – усмехнулся про себя Томас. – «Глотну, а эти серебристые беспилотные аппараты сразу же и исчезнут. Как будто бы их и не было никогда…. Да, как говорил незабвенный Вини Пух: – «Это «ж-ж» – неспроста!»…. Кстати, а кто он такой – Вини Пух?».

Вскоре тропа стала влажной, под босыми ногами противно зачавкало, по сторонам стали попадаться большие и маленькие лужи, густо заросшие тростником.

Издалека донёсся заполошный птичий гомон. Над головами тоненько и настойчиво запиликали голодные комарики.

– Привал! – объявил Томас, присаживаясь на валун, плотно заросший тёмно-фиолетовым мхом, и доставая из-за пазухи карту Олмера. – Мари, приготовь на каждого путника по бутерброду с бужениной. Перекусим наскоро, глотнём яблочного сока и пойдём дальше.

Сбросив с плеч вещмешок, подошёл Кот, присел рядом на корточки и поинтересовался:

– Что нового, командир, показывает карта?

– Она показывает, что, пересекая Комариные Топи, нам придётся пройти, как минимум, порядка пятнадцати-семнадцати километров.

– И о чём это говорит?

– Это говорит о том, что желательно пройти означенное расстояние за световой день. Не в топком же болоте ночевать, в конце-то концов? Поэтому мы сейчас свернём направо и поднимемся вот на тот зелёненький холм, где и заночуем….

А уже завтра попытаемся – от рассвета до заката – преодолеть Топи. Если надёжного прохода часов до трёх пополудни не найдём, то, скрипнув зубами от досады, вернёмся обратно. Снова переночуем, с утра проложим новый маршрут…

Подняться на вершину выбранного холма оказалось делом чрезвычайно непростым: приходилось постоянно перебираться через толстые стволы упавших деревьев, продираться сквозь высокие заросли папоротников и густые кусты ракитника.