Купчино, бастарды с севера

Да и бельгийский ножик – штуку модную и ходовую на рынке – прихватили…

Следователь: – Что было дальше?

Подозреваемый: – Дальше? Отправились искать новое место для ночлега. Дошагали до Бухарестской. Заночевали в коллекторе, что находится правее магазина – «Колесо». Знаете, наверное?

Следователь: – В курсе. Продолжайте.

Подозреваемый: – Продолжаю… Переночевали. Утром Носатый пошёл продавать трофеи. Видимо, продал. Поэтому и не вернулся.

Следователь: – Знаете, где можно найти Носатого?

Подозреваемый: – Знаю.

В морге при Фрунзенском РУВД. Его бездыханное тело нашли вчера в пруду Кирпичного завода, на углу Бухарестской и Димитрова. Видимо, продал пистолет и нож, а делиться выручкой со мной не захотел. Сука злая и жадная. Накупил целую кучу хорошего бухла, пошёл на пруд, напился в одиночку, поскользнулся, упал в воду и утонул. Туда ему, подлому крысятнику, и дорога…

Глава третья

Гид в погонах и деревня Зайцево

Сомов, позабыв про собственную свадьбу, с головой ушёл в воспоминания.

«И с чего это, вдруг, Тощего бастарда тогда растащило на слюнявое благородство? То бишь, торкнуло? Реально не захотел трогать Дозор? Это, конечно, правильно и дальновидно. Мол, себе дороже. Пристрелят вмиг, даже с женского трепетного тела, бьющегося в серийном оргазме, слезть не успеешь. Но, тем не менее… Остался какой-то нехороший осадок. Вернее, смутные предположения, что благородство не имеет к данной ситуации никакого отношения. Ну, не малейшего… Что-то другое Назаров имел в виду.

Что конкретно? Хрен его, морду чукотскую, разберёт…

На ресторанной сцене – под бурные аплодисменты и восторженный девичий визг – вновь появились «Биллис бенд».

Рыжик – уже привычно – выдал виртуозное гитарное соло, а Новик, картинно терзая толстые струны контрабаса и хитро улыбаясь, неожиданно затянул:

Над седой волною – солнце ярко светит.

Над вчерашней лужей – ветерок свистит.

Почему так грустно – жить – на этом Свете?

Почему – так тошно? Кто мне объяснит?

Почему так грустно – жить – на этом Свете?

Почему – так тошно? Кто мне объяснит?

Дальняя дорога – снова в Путь позвала.

Дальняя дорога, трудная стезя.

И играл оркестрик – на краю вокзала.

И хмельно орали – вслед – мои друзья.

И играл оркестрик – на краю вокзала.

И хмельно орали – вслед – мои друзья.

А тебя там не было. Вот, такая песня.

Жёлтый лист – доверчиво – тихо прошептал,

Мол, не быть вам, голуби, никогда уж вместе.