Кошачий Мир

Рюкзаки оставим здесь, а с собой возьмём лишь неприметные полиэтиленовые пакеты со всем необходимым. Главным образом, с продовольствием и напитками. Прихватим и земную пищу, и пластиковые контейнеры со здешними белковыми смесями, и бутылочки с разбавленными фруктовыми соками…. Ружьё? Во-первых, поставь его, Птичка, на предохранитель. А, во-вторых, вынь из брезентового чехла миноискатель, который здесь явно не нужен, а на его место определи ружьишко…. Наши мобильные телефоны на Мирре, конечно, не работают. Тем не менее, берём их с собой.

– Конечно. Армейская. Вернее, стандартная «грушная».

– И её берём…. Теперь по конечным целям и задачам. Необходимо – кровь из носу – найти Гарольда Библиотекаря и попросить его о помощи. То есть, о реальной помощи, связанной с нашим обратным «перемещением» на Землю.

– В Красном замке благородного графа Каспера, – чуть заметно стушевалась Валентина. – Он является слугой, а по сути – крепостным этого знатного архмагика.

– Мирранская социальная диалектика, – понимающе кивнул головой Иван Палыч. – Бывает, конечно…. Значит, переодеваемся, собираемся и отправляемся на свежий воздух – искать папашу наших белобрысых близняшек. Первый этап поисков наипростейший: необходимо встретиться со здешними разумными гуманоидами, втереться к ним в доверие и хорошенько порасспросить.

– Можно и с бродягами пообщаться, – дополнил Женька. – Мама говорила, что они страшные гордецы, гуляют сами по себе и всё такое прочее. Но иногда, всё же, вступают в беседы с гумми. Особенно с незнакомыми. Потому как очень любопытные…

Они прошли в гардеробную, подобрали себе подходящую одежду и обувь, переоделись (в разных помещениях, понятное дело), после чего встретились возле торцевой двери.

– А ты, Рыжий, смотришься очень стильно и импозантно, – дурашливо хихикнула смешливая Натка. – Вылитый пейзанин. Да и все остальные экспедиционные особи мужского пола напоминают своими визуальными обликами небогатых российских крестьян из второй половины девятнадцатого века. Я имею в виду, из второй половины «земного» девятнадцатого века.

– Да и тебе, красотка, чрезвычайно идёт этот цветастый сарафанчик, – многозначительно улыбнулся Назаров.